Дорога

по комнате — теперь мне придётся снова всё это перестирывать!
— Прости, мама, — бормотала Роузи.
— Тебе не кажется, что уже немного поздно сожалеть?
— Лин, — сказал Ноэл слегка укорительно, — это произошло случайно.
Линда напряглась.
— Ничего бы не случилось, если бы она делала то, что я говорю!
Она пронеслась мимо мужа, на секунду задержавшись рядом с ним, и прибавила тихим голосом (который Питер, тем не менее, услышал):
— Я здесь единственная, кто занимается стиркой, так что меня можно назвать потерпевшей стороной, правда?
Затем она направилась в ванную. Ноэл обменялся быстрым взглядом с сыном. Невыраженное сообщение гласило: будь мил к своей матери, пока мы не отправимся в путь.
У Линды всегда портилось настроение, когда она собиралась в дорогу. Она не раз говорила, что организовать семью Фергюсонов труднее, чем собрать вместе выводок цыплят. Каждый раз, когда они утром куда-нибудь отправлялись — в школу, на теннисный корт, на уроки плавания или на работу, — у Линды лопаюсь терпение, и она начинала гонять всех по дому, искать чистую одежду или пропавшие ключи, вытирать разлитый апельсиновый сок и делать бутерброды. Во время каникул всё становилось в несколько раз хуже, пока они не прибывали на место. Тогда Линда отдыхала на шезлонге с книгой в руках, пока Ноэл водил детей на фермы бабочек, в железнодорожные музеи или морские парки.
В Брокен-Хилле был железнодорожный музей, и Ноэл отводил туда детей во время их пятидневного пребывания. Ещё они посещали шахту, катались на верблюде, устраивали пикник в Пенроуз-парке и осматривали памятник шахтёрам. Линда и Луиз задерживались у витрин магазинов, где продавались украшения или дешёвые летние босоножки (Луиз, как часто замечал Ноэл, имела огромный интерес к безделушкам). Питер и Ноэл проводили несколько часов в геологическом центре, восхищаясь кристаллами и разноцветными образцами руды. Потом они все вместе обедали в «Клубе музыкантов», осматривали все картинные галереи и покупали сувениры в местном магазине подарков.
Но настоящей целью их путешествия являлось посещение тёти Ноэля Гленис. Ей было семьдесят три года, и она жила на Вольфрам-стрит, в домике, сделанном из рифлёного железа. В детстве Ноэл проводил много времени с тётушкой Гленис (Питер точно не знал, почему), поэтому каждые два года Фергюсоны садились в свою машину и ехали из Мельбурна в Брокен-Хилл на семейную встречу. Они считали себя обязанными один раз пригласить тётушку Гленис на ужин в ресторан. Они собирались в её маленькой кухне, целовали её припудренную щёку, выслушивали истории про её подруг и настаивали на том, чтобы вымыть всю посуду (больше всех настаивала Линда; Питер и Луиз проявляли меньше энтузиазма). Ноэл считал себя обязанным разговаривать с Гленис не менее двух часов в день, утром и вечером. Он садился с ней за кухонный стол с чашкой чая, пока Линда пользовалась посудомоечной машиной Гленис, а Роузи вместе с Луиз гуляли по саду, ссорясь из-за цветных карандашей или чего-нибудь ещё. Питер в это время сидел в гостиной, зачитываясь журналами «Ридерз Дайджест», которые выписывала Гленис Питер обожал их. Во время их прошлого визита в Брокен-Хилл он прочитал «Степфордских жён», а во время этого — «Мальчиков из Бразилии». Но ему не удалось дочитать «Трёх бруклинских ворон». Ему не хватило времени.
В этом Питер был похож на мать; они обожали читать. Ещё он унаследовал от матери зелёные глаза и хорошие зубы. Но в основном он был похож на Ноэла. Оба были высокие, худые и бледные, с выступающими костями и мягкими негромкими голосами. У них были тёмные волосы, и они оба любили получать точную фактическую информацию. Питеру больше нравился «Властелин Колец», чем Ноэлу, и он не разделял страсть Ноэля к электронным средствам связи (как-никак, Ноэл работал в «Телстре»

). Но в целом отец и сын были из одного теста.
Вот почему они всегда отвечали одинаково во время последних лихорадочных приготовлений, которые всегда предшествовали их отъезду из любой гостиницы. Пока Линда отдавала приказы, Роузи хныкала, а Луиз спорила, Питер и Ноэл ходили на цыпочках, стараясь никому не попадаться на глаза. Ноэл складывал в багажник чемоданы, возвращал ключи от номера и оплачивал счета. Питер заглядывал под кровати, в ящики и за занавеску для душа, чтобы ничего не было забыто. Другими словами, они делали свою работу. И оба издали молчаливый вздох облегчения, когда двери машины, наконец, захлопнулись, сигнализируя об отъезде.
— Хорошо, — сказала Линда. — Всё на месте? Роуз, ты взяла свою Барби?
— Да, взяла.
— Луиз, ты не забыла убрать свои ручки, карандаши и всё остальное?