Дорога

хорошенько стукнуть по магазину, прежде чем он войдёт…
— Дел, — перебила её Линда (Питер с уверенностью мог сказать, что ей стоило больших усилий произнести это, не повышая голоса), — лучше, если ты уберёшь ружьё куда-нибудь подальше. Ты пугаешь детей.
— Моей «Ли-Энфилд»? Не может быть. — Дел быстро обернулась к ней и усмехнулась. — Держу пари, этот парнишка хотел бы подержать её, правда? Мальчики любят оружие.
Питер не знал, отвечать ему на это или нет. Что бы он ни сказал, это наверняка кому-нибудь не понравится. Но к счастью, Линда ответила за него:
— Мы не доверяем оружию, — сухо сказала она.
— Вот как?
— Какой бы серьёзной ни была проблема, — продолжила Линда, — её нельзя решить с помощью оружия.
— Может быть, вы и правы, — философски ответила Дел, пока Алек вертел в руках винтовку. Он прислонил приклад к плечу и посмотрел вдоль ствола, высунув его из окна машины. Затем он установил винтовку между коленей, упираясь прикладом в пол так, что её ствол задевал потолок машины. Он старался поставить магазин на место. — Но я не хочу рисковать, — закончила Дел. — Только не тогда, когда здесь бродит ещё один человек с ружьём.
— Ещё один человек с ружьём?
— Позже, — сказал Ноэл.
Повисло молчание. Слышалось только повизгивание Монгрела, сопение Роузи и щелчки затвора ружья, которое проверял Алек.
Они ехали вперёд в сгущающейся тьме.

Наконец Росс признал: что-то было не так. У него не оставалось другого выбора, потому что у них кончился бензин.
— Это невозможно, — снова и снова повторял он. — Сейчас мы должны быть уже там. Мы должны быть там!
Поджав губы, Верли промолчала. Машина постепенно останавливалась, свернув на пыльную обочину. Прицеп рискованно покачивался и подскакивал. В конце концов, они замерли на месте, подняв густое облако пыли.
Вокруг медленно сгущался мрак.
— Должно быть, эта карта неправильная, — продолжил Росс. — Я подам в суд на тех, кто её напечатал.
— Прекрати, Росс.
— Это невозможно, Верли! — воскликнул он, и краска гнева залила его лицо. — Карта неверна.
— Ну, не стоит из-за этого выходить из себя. Сейчас мы всё равно ничего не можем сделать. — Верли вздохнула и потёрла рукой лоб. — По крайней мере, у нас есть фургон, в котором мы можем переночевать. У нас есть продукты. Походная плита. Подумай о той бедной семье, которую мы оставили на дороге.
— Я уже сказал тебе, — заявил Росс, — что я ни в чём не виноват. Если судить по карте, то мы находились менее чем в получасе…
— Я знаю, Росс. Знаю. Я жалею только о том, что мы не сказали им о ферме, до которой они вполне могли бы дойти пешком, вот и всё. Только об этом.
Они с трудом выбрались из машины, разминая затёкшие ноги, и начали готовиться к ночлегу. Росс продолжал уверять Верли, что кто-нибудь обязательно проедет мимо, что он остановит следующую машину и попросит водителя сообщить кому-нибудь об их бедственном положении, но Верли не обращала на него внимания. Даже если кто-то поедет вечером по этому пустынному району и случайно встретится им в ближайшие пятнадцать минут, помощь всё равно прибудет нескоро. Они находились во многих милях от ближайшего населённого пункта, и уже темнело. Самым разумным в такой ситуации будет приготовить ужин и настроиться на ожидание.
Отцепленный фургон покачивался из стороны в сторону, когда Верли начала искать спагетти, лук, ножи.
— Я оставил фары гореть, но тогда может разрядиться аккумулятор, — объявил Росс. По просьбе Верли он освещал походную плиту. — Через пару минут мне придётся их выключить.
— Пока ты этого не сделал, я вскипячу воду. Мне нужно выпить чашку чаю.
— Я надеюсь, что нам не повстречается какой-нибудь идиот, который на полной скорости в темноте врежется в нас. Фургон такой громоздкий, но я не могу поставить его ближе к обочине из-за этой канавы.
— Ещё я налью немного горячей воды в грелки. Скоро похолодает, а обогреватель не работает.
Верли сварила спагетти, потом открыла банку соуса «болонез» и добавила немного приправ для остроты. Ещё она сделала салат из листьев латука и довольно вялого сельдерея, пожалев, что она не взяла с собой больше овощей. Было очень трудно нарезать овощи в тусклом свете фар. Она беспокоилась из-за Фергюсонов. Может быть, они до сих пор находились на дороге вместе со своими бедными детьми. Всполошив, что говорил Ноэл до того, как Росс прервал его — что-то о трёх часах езды из Брокен-Хилла, — Верли молча отругала мужа за то, что он снова посчитал себя самым умным. Он так часто оказывался прав, что попросту отказывался признавать, что иногда он всё-таки