Дорога

ошибался.
Ладно, подумала она, это будет небольшим приключением. Я смогу всем рассказать об этом, когда мы вернёмся домой.
— Верли! — Голос Росса неожиданно нарушил воцарившееся молчание. — Кто-то едет.
— Да?
— Ты слышишь?
Верли напрягла слух. Сквозь стрекотание каких-то насекомых (возможно, цикад) она с трудом различала отдалённый шум. Он доносился с юга, и ей казалось, что он становился громче. Открыв дверь фургона, она начала всматриваться в дорогу, которую после захода солнца медленно поглощали наступавшие сумерки. Кажется, там мелькнул слабый луч света?
— Это машина, — сказала он.
— Я остановлю её.
— Будь осторожен.
— Ты хочешь, чтобы нас довезли до города, или тебе больше нравится сидеть здесь и ждать?
— Я хочу остаться здесь, — ответила Верли. Она никогда в жизни не ловила попутных машин и не собиралась делать это сейчас. Только не ночью. Только не посреди пустыни. Даже если с ней был Росс.
Кроме того, что будет с фургоном? Они не могут оставить его здесь грабителям и вандалам. Кто-нибудь может забрать телевизор и видеомагнитофон, как минимум.
— Это старая машина, — сказал Росс, размахивая руками. — Видно по форме фар… Эй!
Вытирая руки о кухонное полотенце, Верли очень осторожно спустилась по ступенькам (её колени были уже не те, что в молодости) и присоединилась к Россу, стоявшему на дороге. Автомобиль двигался почти прямо на них, но внезапно лучи света ушли в сторону и закачались. Машина остановилась за фургоном, подняв облако пыли. Из-под колёс полетели мелкие камни.
— Привет! — поздоровался с ними кто-то, перекрикивая оглушительный шум древнего мотора. — Что у вас случилось?
Голос показался смутно знакомым. Но в остановившемся многоместном легковом автомобиле было так много людей, тесно прижатых друг к другу, а освещение было таким тусклым, что несколько секунд Верли была озадачена. Она никогда не видела эту машину, и что было в руках у ближайшего к ней пассажира? Что это торчало вверх из окна машины — ружьё? Она медленно отступала назад, прижимая руку к груди, когда неожиданно заметила бледное лицо в другом окне. Лицо ребёнка.
— Здесь Фергюсоны? — сказал Росс, не веря своим глазам.
— Верно. — Ноэл наклонился к окну машины через пассажира с ружьём. — Кажется, вы не назвали тогда своего имени.
— Р-росс. Росс Гарвуд.
— И Верли, — сказала Верли.
— Ребята, вы что, знакомы? — требовательно спросила водитель автомобиля. Её голос был резким и неприятным, как скрип заржавевших ворот.
— Они сегодня останавливались, чтобы помочь нам. Они собирались позвонить в службу помощи.
— Карта неверна, — прервал его Росс. Теперь, после первоначального шока от неожиданной встречи с Фергюсонами, он казался более собранным. Верли знала, что он не признает позорную для него истину, не возложив вину на кого-нибудь другого. — Если верить карте, то от Милдуры до Брокен-Хилла должно быть не более трёх с половиной часов пути, а мы ехали около, пяти часов? Кажется, так?
— Тогда вы ехали чертовски медленно, — перебила его женщина, сидевшая за рулём. — За пять часов я могу практически дойти пешком от Милдуры до Брокен-Хилла.
Неожиданно на повышенных тонах заговорили Росс, Ноэл, Линда. Верли заметила, что угрюмый парень с ружьём не сказал ни слова, и это её беспокоило. Он сидел там, как Смерть на пиру, совершенно игнорируемый всеми, в то время как его присутствие требовало объяснений.
— Значит, у вас тоже кончился бензин? — говорил Ноэл. — Это довольно странно. То же самое случилось с Алеком. Это Алек. Возможно, вы видели его грузовик.
— Да, грузовик. Мы его видели, — ответил Росс. — Но откуда едете вы? — спросил он у владелицы автомобиля. — Вы едете из Милдуры?
— Да, и дорога до Брокен-Хилла занимает у меня чуть меньше трёх часов.
— Этого не может быть.
— Так оно и есть, приятель.
— Но этого не может быть! — Голос Росса поднялся до пронзительного крика. — С нашей машиной всё в порядке, она только что из ремонта и мы всё время ехали со скоростью восемьдесят километров в час!
— Знаете, это очень странно, — сказал Ноэл, — потому что с нами случилось то же самое, когда мы ехали в противоположном направлении. Это казалось невероятным, потому что когда мы ехали в Брокен-Хилл, весь путь занял у нас меньше четырёх часов.
— Послушайте, ребята, — прервала его женщина, — вы не местные. Возможно, вы где-нибудь сделали крюк, выехали на какую-нибудь объездную дорогу, но я вам точно говорю, что от Милдуры до Брокен-Хилла не больше трёх с половиной часов пути. Я ездила по этой дороге миллион раз.
— Я тоже местный, — сказал Алек.
Все