Дорога

Они не понимали, через что он прошёл. Возможно, вдобавок ко всему у них было предубеждение против водителей грузовиков.
Алек мог бы разозлиться на них из-за этого, если бы не был так напуган.
— Здесь действительно происходит что-то непонятное, — неожиданно заметила. Дел. Она выглядывала из окна, зажав приклад «Ли-Энфилд» между крепкими коленями. — Не могу сказать наверняка, но кажется, что-то не так с расстоянием.
— Все указатели повреждены, — заговорил Росс.
— Нет, я говорю о… — Не закончив предложение, Дел махнула рукой. — Мы приближаемся к месту, где дорога пересекается с ручьём. Об этом можно судить по деревьям, растущим с правой стороны. Мы едем всего восемь минут, и…
— Десять минут, — поправил её Росс.
— Ладно, десять минут. Все равно это невероятно. Я пересекла ручей вчера после обеда…
— Смотрите! — воскликнул Алек.
Это был Дизельный Пёс. Это должен быть он, хотя пока было невозможно опознать расплывчатую белую фигуру, появившуюся на горизонте. Алек обнаружил, что увеличил скорость, и он с большим трудом заставил себя не давить так сильно на педаль газа.
— Это он? — нахмурилась Дел.
— Не может быть, — решительно сказал Росс.
Алек ничего не сказал. Он подумал с жестоким чувством удовлетворения, что остальным предстоит пережить чуть ли не самый сильный шок в своей жизни. Постепенно знакомые черты грузовика становились видимыми: блестящая решётка, чёрный номер, высохшая грязь, несколько плакатов с надписями: «ДИЗЕЛЬНЫЙ ПЕС», «ДОРОЖНЫЙ ЭКСПРЕСС». Алек притормозил и остановился, поравнявшись с мощными фарами грузовика.
— Вот он. Это мой Пёс, — сказал он.
Они услышали, как Росс шумно сглотнул.
— Он не может быть тем же самым грузовиком, мимо которого мы проехали вчера, — хрипло запротестовал он. — Не может быть!
— Это он, — сказала Дел. — По крайней мере, это грузовик Алека. — Она взглянула на него. — Это он, да? «Гэри Рэдфорд и Сыновья». Я узнала их машину.
Алек кивнул. Он заглушил двигатель «форда». Они сидели, уставившись на колпаки Дизельного Пса, окутанные тишиной. Даже Монгрел не издавал ни звука.
— Так, — наконец произнесла Дел. — Всемогущий Бог что-то хочет нам сказать.
— Это не имеет смысла, — пожаловался Росс высоким, пронзительным голосом.
— Тут ты прав. — Дел подтолкнула Алека. — Как ты думаешь, произойдёт то же самое, если мы поедем на юг?
— Возможно. Фергюсоны тоже заблудились.
— Значит, мы можем проехать ещё два часа, повернуть назад и через десять минут снова окажемся здесь?
— Не знаю. — Алек пожал плечами. — Возможно.
— Чёрт возьми.
— А теперь послушайте меня, — довольно грубо начал Росс. Но он не закончил предложение. Посмотрев в зеркало заднего вида, Алек увидел, что Росс потирал лоб, глядя на грузовик. Его глаза бегали.
Тебе придётся с этим смириться, приятель, подумал Алек. Разделив свою тревогу с другими, он почувствовал некоторое облегчение.
Перед ним лежала дорога, похожая на длинный серый палец, указывающий на небо. На неё ещё падали удлинённые тени от столбов и растущих неподалёку кустарников, но чем выше поднималось солнце, тем короче они становились. Алек увидел ворону, сидевшую на белом столбике в десяти метрах от них. Через дорогу от неё на таком же столбике сидела ещё одна, словно зеркальное отражение. Их можно было бы принять за две геральдические статуи, расположенные по сторонам ворот.
— То место, где всё произошло, находится далеко отсюда? — внезапно спросила Дел.
— Что? — Алек моргнул. — Ты имеешь в виду…
— Ферма. Ты меня понял. То место, куда твои друзья…
— Торндейл. Да, точно.
— Она далеко?
— Нет.
— И ты не поехал туда? К самому дому?
— Нет. По крайней мере… — Алек помедлил и глубоко вздохнул. — По крайней мере, я не поехал.
Дел откашлялась. Алек закрыл глаза. Он совершенно точно знал, что она собиралась сказать. Он это чувствовал.
— Ты видел там телефонные провода?
— Нет.
— Их не было или ты просто не заметил?
— Я не заметил.
— Понятно.
— Я не поеду туда, — отрывистым от отчаяния голосом сказал Алек. Он больше не мог ждать, пока Дел доберётся до сути; он хотел ясно выразить своё мнение. Она в свою очередь не отрывала от него отстранённого взгляда, который напомнил ему взгляд животного. Её голубые глаза казались пустыми и бесхитростными, но одновременно в них читалась безжалостность.
— Что такое? — весело спросила она — Боишься?
— Я был бы идиотом, если бы не боялся.
— У нас есть ружьё, приятель.
— Мне всё равно.
— Мы должны что-нибудь сделать.
Но Алек покачал