Дословный перевод

тебе никто не дал — почти уверена. Сколько?
— Десять, — Астахов поставил лэптоп на пол и теперь внимательно рассматривал Алену. — Может, правда, за меня замуж сходишь? Мы с тобой, работая вдвоем, за несколько лет все Приморье в любую позу согнем.
— Спасибо, но я откажусь, — расслабляться было рано, это она понимала совершенно ясно, потому только ещё больше насторожилась. — Меня полностью устраивает нынешний статус.
— А с чего ты взяла, что я просто не заберу у тебя все силой? И сделать ничего не сможешь…
— Все очень просто — пока папа на коне, трогать меня опасно. Если получится так, что удержаться он не сможет, а я к тому времени… несколько потеряю товарный вид, и возникнут справедливые сомнения в искренности моего желания видеть именно тебя своим представителем и управляющим… Я понимаю, что на общественное мнение многим плевать, но за такие деньги тебя с дерьмом смешают, причем, могут и в прямом смысле. Если же получится, что при попытке бегства я все-таки не проплыву два десятка километров — а я их точно не проплыву — наследником первой очереди становится мама, и тут уже точно ничего не светит. А в полную бескорыстность мотивов, прости, не верю…
— И правильно делаешь, — Астахов вновь вернулся к рассматриванию документа. — Потому что, если бы ты мне не была нужна по личным причинам, я бы и не подумал дернуться. Но такой цинизм молодую женщину не красит.
— Это реальность, и глупо закрывать на неё глаза, — Алена снова устроилась на уже остывшем сиденье. — С чисто человеческой точки зрения тебе, может, и стало бы меня жалко, но влезать в чужую игру, рискуя не просто поломать её, а начать тем самым войну… Недальновидностью ты не страдаешь.
— Спасибо за комплимент. В целом, я согласен с договором, хотя некоторые пункты вызывают вопросы. Я сейчас отправлю его своему юристу, а потом решим, как и что будем делать дальше.
— Хорошо, только маленькая просьба — не очень затягивай. Не хочу больше необходимого волновать близких.
— Через несколько часов скажу точнее, — Даниил закрыл ноутбук и направился к выходу.
— Можно вопрос? — дождавшись кивка, Герман продолжила. — Ты ведь мог посадить эту девушку туда, откуда точно не убежит, но не делаешь этого. Почему?
— Потому что человеку для счастья нужна цель в жизни. Ты, например, была занята попытками проработки стратегии, чтобы и выйти из сложившейся ситуации с минимальными потерями, и не ссориться со мной. Кстати, я это оценил. Золотце сейчас продумывает, как отсюда удрать, охрана, в свою очередь, пытается этого не допустить и усиливает бдительность. Все заняты любимым делом, и никто не парит мне мозги. Тишь да благодать.
Усмехнувшись напоследок, Астахов сгинул в неизвестном направлении вместе с Аленкиным лэптопом. Девушка же, впечатлившись организаторским гением Даниила, взялась за обдумывание новых горизонтов в свете прояснившихся событий. Не сказать, чтобы они совсем уж радовали, но и не особо удручали. Самое главное — все живы. Мама выздоравливает, Полоз теперь точно поддержит отца, он ему сейчас гораздо выгоднее в кресле генерального директора, ибо договариваться с новым руководством всегда проблематично, а от такого козыря, как женитьба на почти наследнице он, вроде бы, отказался.
И вообще, у неё уже есть один «муж», с ним бы ещё разобраться. Желательно, побыстрее, а то так через пару дней выясниться, что у них ещё и несколько детишек уже имеется. Если с присутствием постоянного мужчины она не то, что смирилась, а была очень даже «за», то становиться мамой выводку спиногрызов пока морально не готова.
Только бы папа ничего не начал предпринимать, решив, что её тут жестоко пытают…
— Что там с логистикой? — Николай Петрович сидел в кресле, как памятник самому себе. Такой же неподвижный, сосредоточенный и почти серого цвета.
— Логист у вас какой-то очень уж нервный, — Женька и сам чувствовал себя не лучше. Может, то, что Алена находится у того козла для них и плюс, но незнание того, как она там, не радовало совершенно. Накапливающаяся усталость тоже не способствовала повышению настроения. Если так продолжится и дальше, завтра он пойдет к этому Астахову. Фиг его знает зачем, но так продолжаться не может.
— Он по жизни нервный. Но работает хорошо.
— С чего тогда так нервничать? — Власову надоело метаться по кабинету, и он остановился у окна. За прошедшее время он там изучил все от и до.
— У него проблемы в личной жизни. Надо осмотрительнее выбирать любовниц, — Герман перестал строить из себя саму невозмутимость и чуть ссутулился в кресле.
— Не могли ему с этой проблемой помочь? За определенную плату.
— Тогда проблемы бы не было. А она есть.
— Понятно.
Продолжить