Жила-была хорошая девочка Алена. Правда, иногда она вела себя, как плохая, но редко, и старалась это не афишировать. А ещё — рядом ошивался добрый молодец Евгений, тоже та ещё заноза… И все было бы ничего, но пути этих чудных хомо сапиенсов в недобрый час пересеклись. Вот только прав был дяденька Грэй, представительнице фауны Венеры трудно понять марсианина, и наоборот. Но если постараться, то можно и прийти к общему знаменателю. Главное, не верить он-лайн переводчикам…
Авторы: Шульгина Анна
как раньше. Почему-то именно сейчас, когда смотрела на одну из старых фотографий, сделанную ею лет пять назад, поняла это совершенно четко. И — странно — но больно от этого не было. Скорее легкая светлая грусть, но без горечи.
— Я вижу, с тобой все нормально.
Алина стояла на нижней ступеньке лестницы и с каким-то непонятным выражением рассматривала старшую.
— Да, спасибо за беспокойство, — только закончив полную дежурной вежливости фразу, Лёнка вслух фыркнула, осознав только что сказанное. Да уж, кто-кто, а сестра вряд ли не спала ночами, тревожась и не находя себе места.
— Зря ты так, — девушка подошла ближе, но обниматься не лезла. Уже хорошо, потому что тяги к лицемерию не испытывали обе. — Мы с тобой никогда подругами не были…
— … и вряд ли станем.
— Да. Но зла я тебе никогда не желала, — Алина села на диван, подобрав под себя босые ноги. — И Антон — тоже…
— Давай не будем о нем, хорошо? Не подумай, я не обижаюсь ни на тебя, ни на него — у вас свои жизни, гробьте их, как хотите. Можешь не поверить, но искренне желаю, чтобы все у вас получилось. Он ведь завязал?
— Больше двух лет назад, — младшая немного поколебалась, прежде, чем ответить. — Я думала, отец его убьет после того, как ты уехала…
— А смысл? Не он меня прогнал, и никто мне насильно дурь в руки не впихивал. Но что бросил — молодец, стоило сделать это намного раньше. Ты ведь в него давно влюблена была?
— С пятнадцати лет. Только кому я была нужна, если есть старшая сестра — умница-красавица?! — Алина с нескрываемой злобой отбросила подушку. — Ты у нас была светом в окошке, наследницей и вообще самой лучшей!
— Ну, вот и славно, а я уже начала думать, что тебя подменили, — Алена наблюдала за сестрой с любопытством и какой-то отрешенностью. — Ладно, не психуй, а то испортишь цвет лица перед свадьбой.
Но ответить младшая не успела, с каким-то ужасом посмотрев ей за спину и шарахнувшись в самый угол дивана. Что именно могла так напугать сестренку, которая могла довести абсолютно любого до состояния неконтролируемой ярости, Лёнка не поняла, потому оглянулась.
— Женька…
Она так и не поняла, как оказалась совсем рядом с ним, наверное, за секунду пролетела, но от облечения, когда его руки крепко-крепко сжались на её спине, на пару мгновений даже горло перехватило. И слух, наверное, отказал, потому что она видела, как шевелятся его губы, а не могла понять, о чем он говорит. Только сильнее стискивала пальцы на мужском затылке и прижималась всем телом, вдыхая родной запах.
— Ален! — до неё более-менее дошло только, когда Власов довольно ощутимо встряхнул её, чтобы привлечь внимание. — Ты в порядке?
— Угу, — а сама так и висела на нем, уткнувшись носом в шею.
— Точно?
— Абсолютно.
Видимо, только сейчас он понял, что все закончилось, когда увидел, ощупал и услышал это от Алены.
— Вот так тебя одну и отпускай, сразу сперли.
— А ты не отпускай.
— Теперь и не дождешься…
На покашливание стоящего неподалеку Никола Петровича они обратили внимание не сразу, хотя оно становилось все громче, намекая на дурное расположение духа папеньки и возможный бронхит.
— Ален, нам нужно поговорить, — Герман, устав ждать, пока обнимающиеся и чего-то там шепчущие уразумеют непристойность собственного поведения, обозначил свое намерение совсем уж четко.
Женька хоть и неохотно, но руки разжал. Пусть побеседует, а потом он заберет Лёнку из этого серпентария.
— Хорошо, сейчас подойду, — она на секунду обняла ещё крепче, потом отстранилась. — Я постараюсь поскорее, не скучай тут без нас.
— Хорошо, — все-таки не удержался и быстро поцеловал в губы. — Я пока с твоей сестрой поговорю.
От этого предложения диван под подскочившей Алиной аж заскрипел.
— Пап! — сама младшенькая как-то резко побледнела и затравленно, но с надеждой оглянулась на отца.
Вопреки её чаяниям, немного подумав, тот махнул рукой.
— Говорите, только потише. Идем, — это уже Алене.
— Такое впечатление, что я чего-то не знаю… — Лёнка вопросительно кивнула Женьке, который начал как-то странно улыбаться в сторону Алины. Так, что у старшей внутри даже колыхнулось что-то, похожее на ревность.
— Иди, я тебе потом все расскажу, — Власов напоследок заправил ей за уши темные прядки и подтолкнул в сторону коридора, где уже скрылся Николай Петрович.
— Ну, хорошо…
Оставив его с перепуганной Алинкой, девушка прошла к кабинету, на секунду замерев перед дверью. Все то, что было до этого, всего лишь репетиция, а премьера будет сейчас. Странно, но ни страха, ни внутреннего трепета не было, поэтому Лёна спокойно повернула ручку и вошла в комнату.
