Жила-была хорошая девочка Алена. Правда, иногда она вела себя, как плохая, но редко, и старалась это не афишировать. А ещё — рядом ошивался добрый молодец Евгений, тоже та ещё заноза… И все было бы ничего, но пути этих чудных хомо сапиенсов в недобрый час пересеклись. Вот только прав был дяденька Грэй, представительнице фауны Венеры трудно понять марсианина, и наоборот. Но если постараться, то можно и прийти к общему знаменателю. Главное, не верить он-лайн переводчикам…
Авторы: Шульгина Анна
от боли, резво поскакала в подъезд. Раз уж главный подозреваемый вне зоны причинения возможного вреда, стоит воспользоваться моментом.
Ради такого случая она даже воспользовалась ненавистным лифтом (после того, как в десять лет во время отключения электричества просидела полтора часа в темноте и одиночестве, подобных агрегатов она постыдно опасалась), игнорируя лестницу.
На площадке царила спокойная тишина, у кого-то из соседей работал телевизор, судя по накалу страстей говорившего, передавали очередные политические дебаты, и пахло выпечкой. Мирный вечер, полный привычной бытовой суеты.
Быстренько открыв все замки и, при этом, бдительно посматривая по сторонам, Алена уже на одной ножке запрыгала в прихожую и защелкнула нижний замок.
О том, что основной подозреваемый не всегда бывает единственным, девушка подумала, когда, поворачиваясь, угловым зрением успела заметить размытое движение за своей спиной.
Пробка была такой плотной и медленно движущейся, что у Власова возникло искушение припарковаться и дойти пешком. Тем более, что тут, через дворы, хода минут двадцать, не больше. Но оставлять новую машину неизвестно где не хотелось. Как и выползать из кондиционируемого салона. На улице было не особо жарко, но как-то душно, парило. Так и хотелось воскликнуть, как в мультике: «Кажется, дождь собирается…»
Наконец, затор начал потихоньку рассасываться, бибики дружно покатили в заданном направлении, а в магнитоле заголосила какая-то девичья группа формата «поющие трусы», но переключать было лень, к тому же — кто его знает, что там крутят по другой волне.
На повороте в Аленин двор Власов притормозил, пропуская въезжающую Скорую. Бело-красная «Газель» притормозила у знакомого подъезда, но Женьку насторожило не это — из подъезда выскочил тот самый Руслан и, бурно жестикулируя, начал что-то объяснять вышедшему из микроавтобуса мужчине в зеленом медицинском костюме.
В этот раз Власов вылетел из машины даже быстрее, чем двое суток назад. Может, это и совпадение, но слишком уж нехорошее.
Разговаривающих он догнал уже в подъезде.
— Что-то случилось?
— Да, Алена, — Руслан быстро поднимался по лестнице, нетерпеливо ожидая, когда его догонит врач Скорой.
— Что с ней?! — Женька мгновенно догнал парня и схватил за отворот тенниски.
Сосед оглянулся по сторонам и понизил голос:
— Вены порезала…
Власов оттолкнул Руслана с дороги и помчался наверх, перепрыгивая через ступеньки.
Бред, Аленка никогда такого не сделает.
Дверь её квартиры была открыта настежь, потому никаких проблем с проникновением в её жилище не возникло.
— Ален, где ты?!
Пометавшись по комнатам, Женька влетел в ванную. Она сидела на полу, кое-как прикрытая большим полотенцем. Темные пряди прилипли ко лбу, по шее и груди, обтянутой майкой уже не белого, а розово-красного цвета, медленно скатывались капли воды. Бледное бескровное лицо, крепко стиснутые губы и зажмуренные глаза красоты облику тоже не прибавляли.
Но Власов обратил внимание на другое. Руки от локтя до запястья были покрыты парой десятков надрезов. Кровь уже практически не сочилась, наверное, из-за жгутов, наложенных почти у локтевых сгибов.
— Ну, что же ты, а? — он сгреб девушку в охапку, прижимая к себе и встав коленями на мокрый пол. Алена была сейчас похожа на большую тряпичную куклу, едва двигаясь, она положила голову ему на плечо. Синеватые губы чуть шевельнулись, и Женька с трудом разобрал:
— Это не я…
Чтобы она не сидела на холодном, Власов поднял её на руки и понес в комнату. С одежды на пол тут же начала капать вода, смешиваясь со все ещё проступающей кровью из порезов и оставляя на светлом паркете темно-розовые кляксы.
Сдернув с кровати плед, Женька укутал безвольное тело и усадил Алену в кресло.
— Смотри на меня. Открой глаза! — пока он тормошил девушку, пребывающую в каком-то полубессознательном состоянии, в квартиру вошли Руслан с врачом.
— Молодой человек, отойдите, — усатый дяденька тронул Власова за плечо. — А вы, милая барышня, посмотрите на меня.
Из открытого чемоданчика появился пузырек темного стекла и ватка. По запаху Женька сразу определил, что это нашатырь, слишком уж характерная вонь. Стоило поднести ватку к лицу Алены, как девушка сморщила нос и, тихо застонав, попыталась отвернуться. Врач, положив ладонь на её затылок, не давал отдернуть голову, заставляя вдыхать аммиачные пары.
Когда Герман все-таки открыла темные глаза, в них было какое-то странное выражение, как будто она не могла понять, ни кто рядом, ни что вообще происходит, а Власов сразу обратил внимание на заторможенность взгляда.
