Жила-была хорошая девочка Алена. Правда, иногда она вела себя, как плохая, но редко, и старалась это не афишировать. А ещё — рядом ошивался добрый молодец Евгений, тоже та ещё заноза… И все было бы ничего, но пути этих чудных хомо сапиенсов в недобрый час пересеклись. Вот только прав был дяденька Грэй, представительнице фауны Венеры трудно понять марсианина, и наоборот. Но если постараться, то можно и прийти к общему знаменателю. Главное, не верить он-лайн переводчикам…
Авторы: Шульгина Анна
Власова освободилась, осторожно убрав с плеч ладони подруги. — Но считаю, что слишком рано. Вот ближе к тридцати…
— Когда тебе будет ближе к тридцати, Сергею вот-вот стукнет сорок. Думаешь, он захочет тянуть с этим до пенсии?
— Я про это старалась вообще не думать, — только заметив, что скрутила кухонное полотенце в жгутик, Инна оставила несчастный текстиль в покое. — Просто до меня вчера днем дошло, теперь места себе не нахожу, — девушка глубоко вздохнула, пытаясь загнать слезы поглубже.
— Ну, вообще-то есть альтернатива, только… — Алена нахмурилась, видя, как подруга все-таки снова начала плакать.
— Нет, ты что! Я не смогу, он же живой, — хотя слово на букву «а» произнесено и не было, но Власова машинально чуть ссутулилась, сжимаясь и, сама этого не замечая, накрыв руками живот в защитном жесте.
— Тогда о чем вообще разговор? Тут два варианта, от одного ты категорически отказалась, значит, будешь рожать. И хватит реветь!
Инна, услышав резковатые нотки, икнула напоследок и ладошкой вытерла мокрые щеки.
— Извини, у тебя такие проблемы, а тут я со своими глупостями…
— Забей. От того, что будешь дергаться и держать это в себе, ни тебе, ни мне легче не станет. Но к врачу сходить нужно, сама понимаешь.
— Понимаю… Пойдешь со мной?
— Да я-то пойду, только лучше бы это делать с тем, кто участвовал в процессе. Представляешь, что он скажет, если узнает, что и это утаила? — Алена постаралась замаскировать облегченный вздох. Похоже, истерика у Власовой прошла, едва начавшись, теперь бы ещё убедить эту упрямую все честно и как можно быстрее рассказать Сергею. В тот факт, что Инна все-таки рискнет сделать что-то ребенку, она не верила совершенно, но лучше уж сразу признаться, а там и послабления режима начнутся — не станет же он ругать беременную женщину. Зато Женька будет счастлив, сестру под венец проводит в экстренном режиме. Ох, ещё бы разобраться, что у них с Власовым…
— Ну, тогда идем за тестом. Я тебе за это гематогенку куплю.
— Давай подождем, пока замки поменяют, а тем временем позвоню, предупрежу, что уходим из дома. Знаешь, после вчерашнего у меня как-то резко пропала тяга к авантюрам, — Алена допила свой чай и кивнула подруге на дверь ванной. — Иди умойся, а то лицо опухло.
— Угу, сейчас, — она притормозила на пороге. — Знаешь, я никогда не могла понять, как можно залететь по глупости, вроде, сейчас столько средств для контрацепции. А теперь даже немного стыдно, что так думала…
— Иди уже, стыдливая. Как будешь Сергею рассказывать?
— Ох… Ну, если учесть, что мы со вчерашнего вечера не разговариваем, то, похоже, придется письмом.
— Ты ещё скажи — электронным! Совсем уже свернулась на компьютерах, — Герман прислушалась. Из прихожей донесся призыв одного из работников, предлагающего хозяйке оценить разрушения. То есть — улучшения. — Ин, позвони брату, предупреди, что нам через часик нужно уйти.
— Ладно.
Осмотр входной двери Герман удовлетворил. Поскольку в таких вещах она разбиралась, примерно, как среднестатистический житель Зимбабве в технологии изготовления ядерного реактора, то только с умным видом покивала, слушая хвалебную песнь специалистов по поводу установленных замков. Отказавшись от оплаты — как выяснилось, Власов припряг для этого задания кого-то со своей работы и строжайше запретил брать хоть копейку — добры молодцы в количестве двух голов вежливо попрощались, ещё раз проконтролировали, запомнила ли Алена, какой ключ от какого замка, и откланялись.
— Все, теперь можно идти.
Инна вертелась перед зеркалом, внимательно разглядывая себя со всех сторон.
— А тебе не кажется, что у меня фигура поменялась?
— Ага, через неделю после зачатия. Ты недавно «Сумерки» пересматривала, что ли? — пока подруга маялась дурью, Герман вытащила из шкафа свободные брюки с низкой талией и блузку, чьи широкие, присборенные на запястьях рукава должны были полностью прикрыть бинты. — Перестань стоять в форме вопросительного знака, и все станет, как раньше, — чтобы продемонстрировать, о чем идет речь, Алена несильно стукнула Инку ладонью между лопатками, заставляя прекратить сутулиться. — Вот видишь.
— Угу. Ален, ты меня одерни, если лезу, куда не надо, но… Вы давно с Женей вместе?
— Часов десять, — Герман, позволив штанишкам лечь у ног темно-синим комком, опустила руки и, закрыв глаза, запрокинула голову. — Ин, я, правда, ничего не пойму. Как разберусь, сразу расскажу, ладно?
— Хорошо.
Власова, притопывая на месте от страха и нервного возбуждения, продолжала вертеться перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон отвлекшись только, чтобы помочь Алены без
