Дословный перевод

откинулся на спинку кресла.
— Именно она звонила Лёнке, потому есть вероятность, что могла случайно кому-то проболтаться о её прилете.
— Алина тут ни при чем, это я и сам могу сказать, — давая понять, что разговор закончен, Герман выпрямился, понимаясь из-за стола.
— Я не совсем понимаю, чего вы хотите больше — найти Алену или соблюсти видимые приличия? — Женьку это все реально задолбало. Да, он мог понять стремление Николая Петровича никого не подпускать к делам семьи, но самому Власову было глубоко фиолетово на его нежелание. Его девушка пропала, папенька явно знает больше, чем хочет показать, да ещё и выделывается, прикрываясь заботой о семействе. — И с Ильей тоже не мешало бы поговорить. Почему-то о нем вообще почти не упоминается, а ведь именно он — единственный сын и наследник.
— Повторяю второй и последний раз — мои дети к этому непричастны. Не лезь туда, куда не просят.
— А меня никто не просит. Кроме Алены. И именно ей я пытаюсь помочь, — Женька отошел от окна и встал напротив Германа. — Только почему-то не вижу особого рвения с вашей стороны. Я встречался и разговаривал с Алиной, так что сразу могу сказать — сестру она ненавидит. А ещё — дико завидует. И хотя лично я уверен, что ей просто не хватило бы ума все провернуть, но сделать тайком пакость… Запросто.
Николай Петрович сдержался, хотя взгляд приобрел совсем уж нехорошую эмоциональную окраску.
— Это моя семья, и разбираться в ней мне самому, поэтому…
Заключительная часть из практики причинно-следственной связи так и осталась не озвученной, потому что в этот напряженный момент ожил интерком, нежным трубным гласом секретарши возвестивший, что с начальством жаждет пообщаться Даниил Александрович Астахов.
— Соедините, — Герман отвлекся от увлекательного занятия по выяснению, кто в доме — вернее, в ситуации — хозяин и вернулся за стол. И зачем-то ткнул пальцем в кнопку громкой связи.
— Николай, день добрый, — приятный мужской голос Женьке почему-то не понравился сразу. Было в этой привычке чуть тянуть гласные нечто, мгновенно настроившее Власова против звонящего.
— И тебе того же, Даниил, — Герман тоже перешел на сдержанное дружелюбие с тщательно замаскированными, но все же иногда прорывающимися стальными нотками.
— Хотел сегодня отправить цветы Ирине Леонидовне, но, увы, сказали, что в больнице её уже нет. У неё все в порядке?
— Да, Ире уже лучше, она в надежном месте, продолжает курс реабилитации. Но за беспокойство спасибо.
— О чем речь, мне ничуть не в тягость, — Астахов сдержанно усмехнулся. — Говорят, у тебя появился новый родственник? Неожиданно… Зато соблюли все правила приличия — негоже младшей сестре выходить замуж раньше старшей. Странно, что Алена мне про это не говорила. Не упомянуть о таком событии… Наверное, это все природная скромность.
— И давно вы с ней общались? — Женька не смог утерпеть и, игнорируя недовольный взгляд Николая Петровича, чуть наклонился к телефону.
— А вы, наверное, счастливый новоиспеченный супруг? Мои поздравления, вам досталась на редкость здравомыслящая девушка.
— Благодарю, — это Власов процедил сквозь зубы, проникаясь все бОльшей антипатией к собеседнику.
— Что касается вашего вопроса, то мы говорили недавно. И я обязательно передам ей, что вы скучаете и ждете встречи. А сейчас извините, дела. Всего хорошего, — короткие гудки прошлись ножовкой по натянутым нервам, и Женьке захотелось взять хотя бы телефон, если уж не может в этот момент дотянуться до этого Даниила Александровича, и хорошенько так шваркнуть об стену. Так захотелось, что в ушах зашумело от прилившей крови, а дыхание само собой потяжелело.
— Она у этого козла?
— Да, — Герман тоже утратил интерес к разговору прерванному телефонным звонком и кивнул на стоящее напротив кресло. — Знаешь, что самое хреновое?
— Что? — Власов не стал упираться и тяжело опустился на сиденье.
— У него ей сейчас безопаснее всего. И — нет, отправить туда Алену было не моей идеей, — Николай Петрович машинально повертел в руках дорогую авторучку, после чего почти с ненавистью отбросил канцтовар.
— Что он за неё хочет? Деньги? — Женька чуть сжал ноющие виски, пытаясь понять, как именно лучше поступить. Сейчас поздно разбираться, кто и как предал. Он хотел знать, что нужно сделать, чтобы Лёнку вернуть.
— Не в том смысле, который ты в это вкладываешь. Если сделка, которую мы сейчас готовим, будет заключена, ему нужна будет лояльность. И обещание не вмешиваться в его дела.
— Конкурент?
— Ну, зачем же сразу так? Наоборот, давний партнер. Надежный и незыблемый. Правда, напрямую никаких контрактов нет.
Власов