Доверься мне

к столу, обходя Раена, и взяв свой саквояж, снова повернулась к Яну.
— Я готова.
— Раен, удвой охрану и проинструктируй всех, чтобы осторожно вели себя с чужаками и не нападали без приказа Альфы. — Произнес Ян, и получив кивок, развернулся и вышел из комнаты.
— Что случилось? — Обеспокоено спросила Эмилия, идя рядом с бетой, стараясь не отставать.
— Нападение на патрулирующего. Ранение сильное. Регенерация не действует. Он не превращается.
— Сколько он находится в форме оборотня? — Встревожено спросила она, услышав слова Яна.
— Меньше суток.
— Это хорошо.
Они быстро подошли к дому Дрэйка и зашли через черный вход.
— У Альфы гости. Все должно пройти довольно тихо. — Сказал Ян, ведя ее через кухню. — Подожди меня здесь, я сообщу Дрэйку. — Добавил он, и скрылся за дверью, что вела в столовую.
Его не было всего пару минут, но даже их она еле выждала. Как врач, Эмилия понимала, что важна каждая минута, и уже даже решила подняться наверх одна, когда дверь открылась и появился Альфа и Ян. Она кивнула в знак приветствия, смотря в каменное лицо Дрэйка, и пропустив их вперед, последовала за ними. Они подошли к двери в гостиную комнату, в которой, как знала Эмилия, Соня устроила ремонт. Альфа кивнул страже, отпуская, и взялся за ручку, медленно открывая дверь.
Войдя в комнату, они остановились. Девушка внимательно рассматривала раненного оборотня, который вжался в дальнюю стену и сердито рычал, не подпуская к себе и не реагируя даже на своего Альфу.
— У него шок. — Сразу же констатировала она. — Я не смогу ничего сделать, пока он не обратиться.
— Он закрыт от меня. — Сердито произнес Дрэйк, и сделал шаг вперед, но оборотень снова зарычал.
— Я вижу много рваных ран, но не могу отсюда определить их степень.
— Джеф, ты слышишь меня? — Смотря прямо на оборотня, спросил Альфа. — Ты должен превратиться. Это приказ.
Эмилия почувствовала, как в комнате возросла температура и мурашки покрыли ее кожу. От силы, что вибрировала в голосе Дрэйка, ей хотелось склонить голову, но она все же смогла выстоять неподвижно. Но Альфу это не волновало, он был всецело сосредоточен на раненном оборотне. Он сделал снова шаг к нему, когда дверь в комнату резко открылась, и в нее ворвалась Луна.
— Дрэйк, что случилось? — Встревожено спросила она.
— Соня, уходи отсюда! — Проревел Альфа.
Но она застыла, смотря на раненного истерзанного оборотня, лежавшего на полу, не подпуская никого к себе. Эмилия занервничала, зная, что их время истекает, и безумно желая выполнить свой долг врача.
— Альфа, он скоро истечет кровью. Мне нужно, что бы он обратился. — Произнесла Эмилия.
— Он не слышит моих приказов, не реагирует на меня, не понимает кто я. — Сердито ответил тот, но девушка понимала, что гнев Альфы в первую очередь направлен на самого себя.
А вот то, что произошло после этих слов, не подавалось не одному объяснению. Луна неожиданно стала подходить к оборотню, вызывая страх у своей пары, но также получив, наконец, оклик у раненого.
— Обернись! Я приказываю! — Твердо, без страха, без гнева, один лишь приказ. И оборотень подчинился и тут же превратился в мужчину.
— Мать твою! — Громко прозвучал голос Сары возле двери. Дрэйк, сразу же повернулся к ней.
Эмилия, не обращая ни на что внимание, кинулась к мужчине, лежавшему на полу. Ян бросился за ней, охраняя, если тот вдруг сорвется снова. Луна медленно встала и повернулась к двери, заметив, как за ней исчезла Сара, а следом последовал Дрэйк. Она уже собралась идти за ними, когда ее остановила рука, легко сжавшая ее ногу.
— Спасибо. — Прошептал мужчина, и Луна слегка улыбнувшись, кивнула ему, затем направилась к двери.
— Эмилия, будь осторожной. — Встревожено произнес Ян, наблюдая, как его пара оказывает помощь Джефу.
Мужчина закатил глаза от боли, которую ощущал, но дернулся, когда почувствовал, как игла проткнула его кожу.
— Сейчас боль стихнет, потерпи, мой хороший. — Нежно приговаривала Эмилия. — Мне нужна вода и полотенца. Нужно смыть засохшую кровь.
— Я не хочу тебя оставлять. — Сквозь зубы, ответил Бета.
— Посмотри на него, у бедного просто больше нет сил, чтобы причинить мне вред. Тем более, я дала ему двойную дозу обезболивающего.
Ян замялся, но, понимая, что выхода нет, вышел из комнаты.
— Все будет хорошо. — Произнесла Эмилия, когда мужчина застонал, засыпая. — Спи. А я о тебе позабочусь.

Глава 8

Ревность. Жгучая, горька ревность, съедала его изнутри. Всю неделю это чувство бурлило в нем, поднимаясь все выше, становясь крепче. Оно сводило его с ума и приводило в бешенство. Казалось он жил на вулкане. И этим вулканом были его собственные чувства.