Дракон и Его Ведьма

в серые глаза. Ничего в них не напоминало той полупрозрачной безжизненной стали, но обжигало жадностью, возбуждением, злостью. Будто воин вырвался с поля боя на пару мгновений, чтобы увидеть любимую, и теперь сгорал от неуправляемой страсти. Но пока я этого не понимала…
Ты живой! Ты не хочешь рассказать, что случилось?
— Как же я рад видеть тебя, Эми, любимая, — шептал дракон, зарываясь носом в мои волосы, шею.
Его руки скользили по моей спине, не изучая, скорее утверждая право на подобную ласку. И она меня не смущала, потому что радость видеть Рэйманда живым и здоровым перевешивала все, что было в прошлом. Так уж вышло, но именно дракон оказался единственным, кто стал по-настоящему близок мне за последние пару недель, он подставил плечо. Не хотелось думать о плохом, о размолвке.
Его нежность, жаркий шёпот и ласки продолжались какое-то время, пока дракон не убедился в том, что я рядом и тоже жива. Напоследок поцеловал меня в шею, обжигая своими губами, и замер.
— Ты не хочешь рассказать, как оказалась возле меня? — глухо спросил. — Я же тебе запретил покидать дворец.
— Запретил?
Я-то думала, что попросил… Разве не просьба читалась в тех строках в записке? Рассматривая суровые складки на мужском лице, убедилась, что ошибалась. Рэйманд хмурился, он чуть отстранился, но рук не расцепил, продолжая крепко удерживать меня возле себя.
— Твоя безопасность сейчас важнее всего. И если понадобится держать тебя под замком, поверь, я на это пойду. Вокруг творится Саррх знает что! — злее произнёс он. — И пока я в этом не разберусь, на свободу и не рассчитывай.
Слова дракона, пронизанные беспокойством и заботой, вновь рассердили, как и то, что он пытался скрыть от меня новости о Мариэн. При желании в них можно увидеть тревожный звоночек уничтожения моей независимости, непонимание. Но, нет! Не сейчас. Не хотела сейчас думать об этом, когда его чуть не убили, а меня подстерегает опасность.
Зацепило другое. Никогда не считала себя неразумной, скорее наоборот, всегда казалось, я достаточно адекватно оцениваю происходящее. Ошибка, стоившая мне жизни на Земле, конечно, сильно портила «репутацию», но о ней Рэйманд не знал. Неужели ардхан до сих пор не понял, что я умею слушать и слышать? Зачем проявлять властность там, где она не нужна?
— Отпусти меня, — сказала с гораздо большим недовольством, чем хотела ему показать.
— Нет, — упёрся дракон. — Пока всё не расскажешь.
Брыкаться не стала. Мои трепыхания только подтвердят подозрения, что меня надо удерживать в клетке. С него станется приставить охрану, а то и в комнате запереть, судя по выражению на рассерженном суровом лице.
Посчитала благоразумным затихнуть и рассказать о своих ощущениях, о том, как попала в самую гущу событий, как нашла его бездыханного. Спасла ли я его от неминуемой смерти, неизвестно, главное, моя совесть спокойна. Я делала то, что должна была.
— У меня не получилось вызвать огонь, — горестно поделилась. — Не чувствую его. Совсем.
— Возможно, дар не стабилен, — произнёс Рэйманд.
Он почти успокоился и даже разжал замок из пальцев, заставлявший меня практически вливаться в мужчину. Теперь мы стояли друг от друга в шаге, но не отводили глаза. Казалось, что только так искренность будет предельной.
— Или я не райли, — постаралась выговорить это без горечи и досады.
Тоже странная штука. Наверное, все мы одинаковы. Пока имеем — не ценим, но начинаем переживать, как только теряем. От такого предположения стало немного грустно, как-то свыклась я с новым, пусть и непонятно-опасным даром, успела его полюбить. Теперь вот лиана тускнеет и медленно исчезает с ноги. А вот моя ценность как невесты для наследника Чёрных драконов упадёт, если уже не упала. Радоваться надо, так как исчезновение дара с высокой вероятностью освободит меня от лживых чувств и отношений. Но почему мысли об этом на вкус хуже хины? Без длительных размышлений призналась, что ардхан добился своего и стал мне дороже и ближе, чем я хотела когда-то.
Минута для откровения. Наступила короткая пауза, достаточная, чтобы уловить тень запоздалой эмоции, услышать интонацию, чтобы сделать нужные выводы. И вот! Взгляд дракона лишь стал нежнее, а губы изогнулись в улыбке, сбросившей напряжение.
— И прекрасно! — неожиданно произнёс Рэйманд. — Инквизиторы интерес потеряют. Наша жизнь будет гораздо счастливее без постоянных оглядок.
— Тебя не смущает, что твой сын окажется обычным драконом?
— Нет, — коротко ответил дракон и поправился. — Уже нет.
Я хотела спросить, почему его это не беспокоит, но не решилась. Углубление в данную тему не входило пока в мои планы. Несомненно реакция