Драконы. Антология

ее по пяткам. Раньше люди Вейра часто посещали Руат — она знала это и даже смутно припоминала их визиты. От них в памяти остались только неясные тени, как от историй, рассказанных арфистом о ком-нибудь не имевшем к ней отношения. Ее настороженное внимание было сконцентрировано лишь на Руате. Теперь она не смогла бы назвать даже имена королев или Повелительниц Вейра, которые учила в детстве. За последние десять Оборотов, пожалуй, никто в стенах Руата не произносил эти имена. Видимо, всадники решили осмотреть все поселения… и наказать лордов, не очищающих камни от зелени. Здесь, в Руате, вина за разросшуюся траву ложилась на Лессу. Что ж, она готова бросить вызов даже всадникам, если те установят истину. Пусть лучше Руат падет под натиском Нитей, чем останется во власти Фэкса! Эта крамольная мысль потрясла Лессу.
Наклоняя ведро и высыпая золу в мусорную кучу, Лесса раздумывала о том, как было бы хорошо, если вот так же легко удавалось бы избавляться от бремени тяжелых мыслей, как вдруг внезапное и резкое движение воздуха заставило ее выпрямиться. Совсем рядом промелькнула большая тень.
Из-за нависшей над ней скалы появился дракон. Его громадные крылья, расправленные во всю ширь, ловили восходящие потоки теплого утреннего воздуха. Плавно развернувшись, он начал снижаться. Затем показался второй, третий, четвертый — целая вереница ужасных, но грациозных зверей проследовала за первым чудовищем.
С башни прозвучал запоздалый сигнал, а в кухне послышались крики и визг перепуганных служанок.
Лесса решила спрятаться. Она быстро нырнула в кухню и сразу же попала в лапы помощнику повара, который толкнул ее к мойке чистить песком жирные столовые приборы.
Несколько собак, скуля и повизгивая, вращали вертел, на который была насажена костлявая бычья туша. Повар поливал мясо приправами, причитая, что приходится предлагать таким благородным гостям такую скудную трапезу. Сушеные фрукты — остатки жалкого прошлогоднего урожая — мокли в большом тазу; две старые служанки чистили коренья для супа.
Один из помощников повара замешивал тесто, другой искал среди банок специи, нужные для подливки. Метнув в спину парня пристальный взгляд, Лесса заставила его пропустить нужную банку. Затем она с невинным видом до отказа набила дровами печь — теперь хлеб наверняка подгорит. Лучше всего Лесса ладила с собаками: то подгоняя, то придерживая их, она добилась того, что мясо осталось наполовину сырым. Лесса надеялась, что трапеза будет непродолжительной и шумной. Вряд ли пища, которая готовилась этим утром в огромной кухне холда Руат, понравится его повелителю.
Лесса не сомневалась, что наверху, в парадных комнатах, уже обнаружены неполадки — мелкие, но неприятные — результат продуманных мер, предпринятых в разное время именно для такого случая.
В кухню, заливаясь слезами, вбежала одна из служанок управляющего. Пальцы ее были окровавлены, на лице — следы побоев. Очевидно, женщина надеялась спрятаться здесь. Всхлипывая и раскачиваясь, она причитала:
— Лучшие одежды изъедены насекомыми в клочья! В лучшем постельном белье устроила логово собака! Она кормит там щенков и страшно рычит, она цапнула меня за руку! Циновки сшили, а комнаты господина полны мусора, нанесенного зимними ветрами… кто-то оставил ставни приоткрытыми. Едва-едва, но этого хватило…
Лесса, сгорбившись, усердно скребла тарелки.

— Страж порога что-то скрывает, — задумчиво произнес Ф’лар.
Он и Ф’нор находились в большой, наспех прибранной комнате, где, несмотря на яркое пламя в камине, царил ледяной холод.
— Когда Кант заговорил с ним, он стал нести какую-то бессмыслицу, — отозвался Ф’нор.
Облокотившись на каминную доску, всадник поворачивался то одним, то другим боком к огню, пытаясь хоть немного согреться. Глаза его следили за Ф’ларом, нетерпеливо расхаживающим из угла в угол.
— Мнемент его успокоит, — ответил Ф’лар. — Может быть, ему удастся что-нибудь понять из его бреда. В страже больше старческого слабоумия, чем здравого смысла, однако…
— Сомневаюсь, — обводя внимательным взглядом затянутый