Кто не знает драконов? Какой истинный поклонник фантастики и фэнтези не встречал этих существ на страницах своих самых любимых произведений? Драконы огромные и крошечные, смешные и коварные, послушные и свирепые — такие разные и такие вездесущие!
Авторы: Кард Орсон Скотт, Молзберг Барри Норман, Сильверберг Роберт, Ле Гуин Урсула Крёбер, Новик Наоми, Бигл Питер Сойер, Йолен Джейн, Диксон Гордон Руперт, де Линт Чарльз, Эллисон Харлан, Джордж Рэймонд Ричард Мартин, Хоффман Нина Кирики, Шепард Люциус, Суэнвик Майкл, Бир Элизабет, МакКиллип Патриция Анна, Рид Роберт, Сомтоу С. П., Мэрфи Пэт, Тони ДиТерлицци & Холли Блэк, Кэролайн Джайнис Черри, Стрэн Джонатан, Джаблон Мэрианн, Лэнеган Марго, Блэйлок Джеймс, Линн Элизабет, Маккефри Энн и Тодд
Я видел, как в его пламени гибли люди, и я наблюдал за тем, как его изгоняли. Он живет теперь на крайнем юге мира, во мраке.
Мы следили за всеми известными драконами. В зеленом поясе мира, где много рек и гор, лесов и пастбищ, я видел, как целый шахтерский поселок превратился в пепел от огненного дыхания огромного дракона, настолько яркой окраски, что он казался солнцем, которое обрушилось на землю. Девушка, которую я любил, должна была проследить за ним до его норы в пещере глубоко под рудниками. Я видел, как она погибла там. Я сам едва не погиб. Теперь этот дракон заперт в глубине горы, запечатан словом и камнем. Тот самый дракон, который гнался за мной. — Он замолчал, потягивая «драконий след». Затем посмотрел не на Амбрис, а на Пеку. — Теперь ты понимаешь, какая опасность грозит всем вам? А что, если однажды ваш дракон расслабится и проспит сезон спаривания, убаюканный совместным теплом двух солнц? Вы ведь не знаете, что он кольцом окружает весь этот остров. А он не знает, что вы на его острове воруете у него золото. А что, если вы нагрузите свои лодки золотом и поплывете вниз по реке — и вдруг его огромное белое туловище вздымается поперек вашего пути как стена? Или того хуже, вы видите, как он открывает глаз, сверкающий, словно третье солнце, и обнаруживает, что вы украли у него золото? Он вытянется вокруг острова во всю длину, стиснет его кольцом и раздавит вас всех, а потом дохнет ледяным дыханием и превратит весь остров в ледяную глыбу, холодную, как его сердце, и уже не заснет вовеки.
Снова воцарилась тишина. Пека почувствовала, как по позвоночнику у нее прошла дрожь, словно ветер пробежал по нему пальцами, как по дудочке.
— Твоя сказка, — сказала она, — становится все интереснее. — Она отпила глоток «драконьего следа» и договорила: — Мне нравится сидеть в теплом, уютном месте и слушать сказки, в которые не обязательно верить.
— Это похоже на правду, детка, — пожал плечами Кор Флинт.
— Это и есть правда, — сказал Рид.
— Может, и так, — сказала она. — Может, тогда тебе лучше не будить этого дракона.
— А вдруг он неожиданно проснется? Зима погубила моего отца. Дракон может погубить всех вас в разгар зимы.
— Опасностей много. Камень обрушится, наводнение случится, ледяной ветер налетит. Дракон — это всего лишь еще одна опасность среди многих, неизбежность которых нужно принимать.
Он внимательно глядел на нее:
— Однажды я видел дракона с крыльями нежно-голубыми, как весеннее небо. Ты когда-нибудь встречала весну на Хорсбрете? А ведь могла бы.
— Ты их любишь, — сказала она, отпив еще глоток. — Судя по твоему голосу, ты их любишь и ненавидишь одновременно, Гонитель Драконов.
— Я их ненавижу, — сказал он спокойно. — Проведешь меня в недра горы?
— Нет. Мне надо работать.
Он пошевелился, и одежда заиграла на нем красными, золотыми, серебряными и нежно-голубыми оттенками. Пека допила «драконий след», и он запылал у нее внутри, словно расплавленное золото.
— Это всего лишь сказка. Все твои драконы — это пестрые узоры в наших головах. Не буди дракона. Разбудишь дракона — уничтожишь ночь.
— Вовсе нет, — сказал он. — Тогда ты увидишь настоящую ночь. Этого ты и боишься.
— Возможно, на самом деле и нет никакого дракона, — передернул плечами Кор Флинт.
— Ну, весна-то есть, — сказала Амбрис с мечтательным видом. — Иногда с материка доносится ее аромат, и я… И я удивляюсь. Но, вообще-то, после тяжелого рабочего дня, сидя у жаркого очага и потягивая «драконий след», можно поверить во что угодно. Особенно в дракона. — Она залюбовалась золотистым напитком в стакане. — Пека, это ты готовила? Что ты туда кладешь?
— Золото.
В глазах Рида мелькнуло выражение, от которого у нее подступили слезы. Она снова наполнила стакан:
— Огонь, камень, мрак, запах дыма, запах ночи, похожий на аромат холодной коры. Тебя это не трогает, Рид Ярроу.
— Очень даже трогает, — невозмутимо сказал он. — Это лучший «драконий след», какой мне доводилось пробовать.
— И еще я кладу туда сердце дракона, — она заметила, что он слегка вздрогнул, и от этого по нему пробежали волны искристо-ледяного цвета, — если это и есть Хорсбрет.
Дракон ворвался в ее мысли, с крыльями, покрытыми инеем, и с ледяным сердцем хранителя зимы. Она затаила дыхание, представив себе, как он свернулся кольцом вокруг них и видит собственные сны. По жилам у нее словно пробежал огонь, а золотистый напиток в руках превратился в преступную тайну.
— Я не верю этому, — сказала она. — Это сказка.
— Да сходи ты с ним туда, детка, — примирительно сказала мать. — Может, там и нет никаких драконов, но не можем же мы допустить, чтобы он погиб во льду, как его отец. К
