Далекий, затерянный Кринн, так непохожий на нашу Землю, и в то же время кажущийся неуловимо знакомым. Как древняя песня на древнем языке. Эльфы, гномы, драконы, орлы варваров и благородные рыцари — это все Кринн. Первый том «Саги о Копье» познакомит читателя с загадочной страной, где идет Великая Битва.
Авторы: Уэйс Маргарет, Хикмен Трейси
вправду добрались до охотничьей тропы. Карамон шел впереди, держа в руке обнаженный меч и зорко вглядываясь в каждую тень. Следом, держась за плечо великана и угрюмо сжав губы, шел его брат. Остальные следовали за ними с оружием наголо.
Им повезло: тварей больше не было видно.
– Почему они не погнались за нами? – примерно через час быстрой ходьбы спросил Флинт.
Танис поскреб в бороде. Его уже посещала та же самая мысль.
– А им и незачем, – сказал он наконец. – Мы в ловушке: они наверняка перекрыли все выходы из этой чащобы. Кроме Омраченного Леса, надобно думать…
– Омраченный Лес! – тихо повторила Золотая Луна. – Нам в самом деле придется туда идти?
– Весьма вероятно, – сказал Танис. – А впрочем, сперва оглядимся с Ока Молитвы…
Тут Карамон, шедший впереди, что-то прокричал, и Танис, подбежав, увидел Рейстлина лежащим на земле.
– Все в порядке, – прошептал маг. – Я просто должен передохнуть…
– Пожалуй, – сказал Танис, – нам и всем бы это не помещало.
Никто не ответил ему. Опустившись наземь, измученные беглецы пытались перевести дух. Стурм закрыл глаза, привалившись к обросшей мхом скале. Его лицо было серо-белым и совершенно больным, в волосах и густых усах запеклась кровь. Багровый рубец отмечал место, куда пришелся удар. Танис знал, что Стурм скорее умрет, нежели произнесет хоть одно слово жалобы.
– Не беспокойтесь обо мне, – поймав взгляд Таниса, хрипло проговорил рыцарь. – Все пройдет.
Танис стиснул в коротком пожатии его руку, потом подсел к Речному Ветру. Какое-то время оба молчали, потом Танис спросил:
– Тебе уже приходилось драться с подобными существами, ведь так?
– В том разрушенном городе… – содрогнувшись, ответил Речной Ветер. – Я словно заново пережил весь этот ужас, когда заглянул в тележку и увидел там гнусную харю… Зато теперь я… – Осекшись, он мотнул головой, потом кое-как улыбнулся Танису: – Зато теперь я хоть знаю, что не свихнулся. Они действительно существуют – в чем я, признаться, иногда сомневался…
– Могу себе представить, – пробормотал Танис. – Стало быть, они существуют – и вдобавок распространяются по Кринну. Или, может быть, твой разрушенный город где-нибудь неподалеку?
– Нет: я пришел в земли кве-шу с востока. Этот город очень далеко от Утехи, за нашими родными Равнинами.
– А что они имели в виду, говоря, что прошли по твоему следу до нашей деревни? – спросила Золотая Луна. Ее щека прижималась к кожаному рукаву его куртки, ладони обнимали его руку.
– Не беспокойся. – Речной Ветер накрыл ее руку своей. – Наши воины сумеют за себя постоять.
– А помнишь, ты собирался?.. – подсказала ему Золотая Луна.
– Да, ты права. – Речной Ветер провел ладонью по ее бледно-золотым волосам. Потом посмотрел на Таниса и улыбнулся. На какой-то миг непроницаемая маска растаяла, и Танис увидел теплый свет, шедший из глубины его карих глаз. – Я собирался сказать, – продолжал Речной Ветер, – что я бесконечно благодарен тебе, Полуэльф… и всем вам. – Он обвел друзей взглядом. – Вы уже не раз спасали жизнь нам обоим. И все-таки… – Тут он помолчал, подбирая слова. – Все-таки что-то очень странное происходит!
– То ли еще будет, – зловеще прозвучал голос Рейстлина.
Они постепенно приближались к пику, именуемому Око Молитвы. Они хорошо видели его, высоко вознесшийся над лесами. Вершина горы была расколота надвое и чем-то напоминала молитвенно сложенные ладони – откуда, собственно, и название. Дождь наконец перестал; в лесу царила могильная тишина. Друзья начали думать, уж не покинули ли разом этот край все птицы и звери, оставив после себя пустую, жуткую тишину. Всем – кроме, может быть, Тассельхофа – было не по себе, каждый оглядывался через плечо и то и дело хватался за меч.
Стурм настоял на том, чтобы идти последним и охранять тыл маленького отряда. Но боль в голове все усиливалась, и он начал отставать. Перед глазами плавал туман, к горлу подкатывала тошнота. Вскоре Стурм утратил всякое понятие о том, где он находится и что делает Он знал только, что надо идти, переставлять йоги, двигаться вперед, как те живые куклы, о которых рассказывал Тас…
Что там была за история с этими куклами?.. Страдая от боли, Стурм попытался припомнить. Куклы служили волшебнику, который вознамерился похитить кендера и вызвал для этого демона. Чушь, конечно, как и все прочие побасенки Таса… Стурм с трудом переставлял ноги. Такая же чушь, как и россказни того старца в гостинице. О Белом Олене и о древнем Боге – Паладайне. И о Хуме… Стурм стиснул ладонями мучительно пульсировавшие виски, словно пытаясь помешать развалиться расколотой болью голове. Хума…
Все детство Стурма прошло под знаком
