Древняя кровь

так всё-таки, что вы там решили? Ты идешь? Или тебе можно остаться?
— Надо идти, Иринка, надо. Не бойся, в этот раз я не самый главный супермен. Есть кому поработать, а я так, для подстраховки. Ну и потому, что место и компанию знаю.
— Значит, всё-таки на холмах?! — Вокруг Ирины все забурлило от выплеснувшегося страха. — Саша!!!
— Не кричи, соседей разбудишь. Ну да, там же. Постоянное место сбора этой компании, раз там чуть не получилось — теперь точно не дадим.
— Не ходи, Саша! Не надо никому туда ходить, слышишь?! Ни вам, ни кому! Вообще никому! Я его и сейчас чувствую, этот проклятый Круг. Там опять эта жуть поднимается!
— Такая вот наша работа — загонять жуть обратно. Да не бойся ты! Там будут настоящие профессионалы, не год и даже не десять лет с нечистью воюют. И как видишь, все целы.
— А сколько за это время других погибло? А сколько покалечилось? Ты же сам мне рассказывал, что с тобой летом было!
— Было и прошло. Теперь умнее стал. Да что ты, Ира, в самом-то деле! И вообще, нельзя об этом перед делом говорить! А то возьмешь и… напророчишь, в общем.
— Хорошо, Саш, молчу. — Голос был виноватый, но верхнее зрение выдало: сердится и боится. Впрочем, одно другого не исключает. — Тогда иди ко мне. Давай опять обо всем забудем.
— Не выспимся. Тебе вставать рано, мне следующую ночь не спать…
— Тебе во сколько завтра ехать к своим… Древним
— К четырем.
— Значит, с утра выспишься.
— А ты?
— А я прогуляю! Могу я себе такое позволить, если уж ты приезжаешь и тут же сбегаешь?!

Перед домом сидел Николай Иванович. Спокойно курил. Около ног лежали два вещевых мешка — старые, выгоревшие и потертые до белизны, набитые не то чтобы до отказа, но до заметной округлости.
— Ну что, боец, готов? С невестой попрощался?
— Иваныч, не туда твоя шутка пошла. — Из дома вышел Олег. — Вернемся — тогда насчет прощания и поговорим.
— Не учи. Вернемся, куда мы денемся. Я такие вещи чувствую.
— А если ошибешься?
— Типун тебе на язык! — рассердился Иваныч. Сплюнул, начал выколачивать трубку о подошву кирзового сапога. — Если я в таких вещах ошибаться начну — знаешь куда мне самому пора?
Олег не ответил — возился с замком. Защелкнул, положил ключ в карман. Подхватил прислоненное к косяку ружье. Ничего себе!
В охотничьем оружии Александр разбирался пока что не очень хорошо, но эту «железяку» оценить сумел. Потому что «Моссберг-500» можно, конечно, считать охотничьим ружьем: двенадцатый калибр, гладкий ствол, всё как положено. А можно считать и боевым. По крайней мере, американская армия от него не отказывается. Именно от этой модели, со складным прикладом — в первую очередь.
— Любуешься? — Олег перехватил внимательный взгляд. — Вообще-то есть ружья и получше, это я тебе по секрету говорю. Но в нашем деле важно еще и что?
— Пшыхолохия, — проворчал Иваныч, раскуривая трубку и одновременно поднимая «сидора». С мундштуком в зубах разговаривать неудобно, но о старался. — Думаыш, они тебе шражу ждадут. Вшпомны ноабр. — Последнее слово получилось всем невнятным, потому что трубка всё-таки попыталась выскользнуть. Старик перехватил ее на лету. Без помощи рук — только зубы клацнули.
— Помню я, всё помню. Только сейчас не один Сашка туда идет. Думал я карабины достать, но не получится. Лишние хлопоты, лишняя задержка — может кто-нибудь придраться. Сейчас с нарезным охотиться нельзя. Егерь, подтверди!
— Можно, — не согласился Александр. — Отстрел копытных опять разрешили. Но придраться могут, это точно. Недавно распоряжение пришло — усилить контроль за нарезным. «Левых» много появилось, особенно «эскаэсов».
— Это их на Кавказе раздавать начали. — Иваныч накинул на одно плечо лямки вещмешка и держал теперь трубку в руке. — А дальше — закон войны и рынка. Мужик здесь продает карабин, там за ту же цену покупает автомат. Прибыль в бою будет.
— Так вот о психологии. — Олег решил закончить свою мысль. — Есть ружья поточнее, есть и самозарядные, но вот на это, — он подтянул ремень и похлопал по стволу, — они по видику насмотрелись. А там оно бьет не хуже гаубицы. На то, чтобы сообразить, кино здесь или нет, лишние полсекунды надо.
— Посмотрим на твои секунды.
— Лучше бы не пришлось. — Олег поднял второй «сидор». — Ну что, охотнички, поехали.
Они закинули мешки в «УАЗ», сели сами. Хлопали дверцами.
— Ты что, дом без охраны оставляешь? — поинтересовался Александр, разворачивая машину.
— Забор не снеси… Зачем нам сейчас охрана? Простой человек его и не увидит, а остальным нынче не до нас. И в любом случае они по форточкам не лазят. Самое ценное