Друг

если я не позвоню через десять минут.
– Я вызову сейчас.
– Не надо, не вызывай.
– Иван!
– Это приказ. Все. Выполняй.
Лешка пытался еще что-то сказать, но Таранов не слушал. Он положил трубку и метнулся в комнату. Открыл сигарную коробку. Внутри лежал «ПМ» и два толстеньких конверта под ним. Иван взял пистолет, передернул затвор. Кажется, машинка в порядке. Хотя и пролежала без ухода лет шесть. Он включил магнитофон. Звук поставил почти на максимум… Ринулся в прихожую и выглянул в глазок – трое преодолевали последний лестничный марш. Впереди шел крепыш в милицейской форме с погонами старшего лейтенанта.
Иван отпрянул от глазка, снял и бросил на пол прихожей ботинки – любой лишний предмет отвлекает внимание. А ботинки, небрежно брошенные посреди прихожей, в сочетании с громко орущей музыкой, определенно говорят: гостей хозяин не ждет. Таранов бесшумно оттянул дверную щеколду, скользнул в ванную. Он встал внутрь ванны, задернул шторку и стал невидим в темноте… оставалось ждать. Магнитофон надрывался:
Ален Делон говорит по-французски…
Он стоял и ждал, прислонившись затылком к холодному кафелю. «ПМ» держал у бедра в опущенной и расслабленной руке. Казалось, он простоял час.
… Ален Делон, Ален Делон не пьет одеколон, Ален Делон, Ален Делон пьет двойной бурбон…
Дверь в квартиру отворилась, и на пол прихожей упал свет. В нем нечетко прорисовывалась тень человека.
Ален Делон говорит по-французски!
Три тени одна за другой скользнули в прихожую. Первый заглянул в ванную. Если бы он отдернул шторку, то увидел бы Таранова. Но он не отдернул… и продлил себе жизнь на несколько секунд.
В двухкомнатной квартире Таранова все двери выходили в прихожую. Все, кроме одной, были открыты. Из-за закрытой двери кричал магнитофон. Тот, что вошел первый, заглянул в туалет, кухню и вторую комнату. Потом обернулся к старшему лейтенанту, оскалился и показал стволом «ТТ» на закрытую дверь. Старший лейтенант кивнул. У него тоже был «ТТ», и это избавило Таранова от последних сомнений. «ТТ» – не табельное оружие.
Не отрываясь от стены, он поднял руку с пистолетом и нажал на спуск. В маленьком объеме ванной выстрел оглушил… От группки столпившихся возле закрытой двери бандитов его отделяло три с половиной метра… Девятимиллиметровая полусферическая пуля толкнула старшего лейтенанта в спину. Он влетел в дверь и распахнул ее. После второго выстрела сполз по стене тот, что вошел первым. На обоях остался красный след. Третий попытался обернуться и получил сразу две пули.
Старший лейтенант – живучая сволочь! – начал подниматься, и Таранов выстрелил ему в затылок. Музыка смолкла, и во внезапной тишине полуоглохший Таранов вышел из ванной. Остро пахло порохом, в ботинке блестела желтенькая гильза. Иван обтер «ПМ» и вложил его в руку мертвеца. Взамен взял его «ТТ». Потом вытряхнул гильзу из ботинка, прошел в комнату и взял из сигарной коробки конверты.
Он уже собрался уходить, когда услышал противный звук зуммера. Из наружного кармана куртки того, что вошел первым, торчал короткий хвост антенны. Несколько секунд Таранов колебался, потом вытащил из кармана мертвеца портативную рацию «кенвуд». Он нажал на тангенту и неразборчиво пробормотал:
– Да.
– Крюк, – сказала рация, – у вас все в порядке?
– Да, порядок.
– А я подумал, что вы попали.
– А ты не думай, поднимайся сюда. Дело есть.
– Иду.
Таранов вытер пот со лба, обтер и бросил на пол «кенвуд».
Через секунду зазвонил телефон. Иван обернулся и схватил трубку.
– Иван! – закричал Лешка. – Иван, ты жив?
– Не кричи. Со мной все в порядке…
– К тебе пошел четвертый.
– Знаю, я сам его вызвал.
– Ты сам его выз…
– Конец связи, старый, – перебил Таранов Лешку. – Скоро буду, не дрейфь.
Он положил трубку, убедился, что «ТТ» взведен, и стал у двери. Когда четвертый протянул руку к кнопке звонка, Таранов приоткрыл дверь и показал ошеломленному бойцу пистолет. Тот замер. Таранов поманил его пальцем. Как загипнотизированный глядя на ствол, «четвертый» вошел внутрь. Таранов приставил ствол «ТТ» к его груди, а левой рукой закрыл засов.
Спустя две минуты он покинул квартиру.

Спустя еще восемь минут в квартиру по вызову соседей Таранова, услышавших последний выстрел, приехал патрульный экипаж 62 отдела милиции. Молодому сержанту стало худо, когда он увидел в прихожей три трупа и лужи крови. Через двадцать минут подъехала опергруппа. Картинка предстала ясная: четверо преступников, использовав отмычку, вошли в квартиру в отсутствие хозяина. Явно что-то искали и даже, кажется,