Со смертью старого вора его империя переходит к сыну, не признающему ни воровских законов, ни бандитских понятий. Но судьба играет краплеными картами, и переход власти в новые руки вызывает жестокую войну между воровским и бандитским мирами, жертвой которой оказывается друг Ивана Таранова.Старинная поговорка «Вход – рубль, выход – два» справедлива и нынче… Таранов, отомстивший за смерть друга, оказывается в знаменитом «Владимирском централе».Автор предупреждает читателя, что все события, описанные в романе, являются авторским вымыслом. Равно как и персонажи, географические названия и названия организаций.
Авторы: Седов Б. К.
выстрела. Картечь пошла над асфальтом низко, рикошетируя от поребриков, вспарывая колеса припаркованных машин. Завыла сигнализация, откликнулась другая. Таранов ударил стрелка в голову, перекатился через тело, выхватил ружье. Снова бабахнул «ТТ», и вдруг бешено взревел на высоких оборотах двигатель «десятки». Таранов передернул цевье. Упруго выскочила гильза, дохнуло порохом. «Десятка» Палача резко рванула с места. Таранов выстрелил ей вслед, пробил левое заднее, снова передернул затвор и, опрокивнушись на спину, навел ружье на кабину «ГАЗели» – вкатил порцию картечи. Его слепили фары, он ничего не видел и стрелял наугад, «для профилактики», желая пресечь возможное нападение из «ГАЗели». Водительская дверь «ГАЗели» распахнулась, и на подножку встал человек. Несколько секунд он стоял, потом рухнул вниз.
… Палача гнал страх. Вообще-то он не был трусом, умел контролировать себя. Но внезапное превращение из охотника в дичь произвело шоковое впечатление. Внезапное появление Таранова, его дерзость, стрельба и непредсказуемость ситуации заставили Палача бежать.
Он давил на газ. В повороте автомобиль с пробитым колесом занесло, и «десятка» впечаталась боком в чью-то «вольво». «Вольво» возмущенно закричала, запульсировала габаритами. Палач рванул машину, зацепился задним бампером о фасонистый радиатор и оторвал бампер… В следующем повороте при выезде из двора на улицу Кораблестроителей его опять занесло, выбросило зад машины на газон. Выбираясь, Палач посмотрел назад и увидел «ГАЗель». Грузовичок светил одной правой фарой, брезент над кузовом надувался пузырем. Мгновенно, шестым чувством, Палач понял, что за рулем «ГАЗели» – Таранов. Убийца. Мститель.
… Несколько секунд мертвый водитель «ГАЗели» стоял на подножке, потом рухнул вниз. Лешка с пистолетом в руке бежал по газону… а Палач уходил!
Матюгнувшись, Таранов прыгнул в «ГАЗель» – ключи были в замке. Он крутанул стартер, и движок завелся. Ногами Иван вышиб наружу издырявленный картечью триплекс. Закричал:
– Лешка, сюда! Быстро!
… Вслед за вихляющей задом «десяткой» «ГАЗель» выскочила на Кораблестроителей. Горели фонари, плыл по рельсам трамвай. Прыгая на трамвайных путях, «десятка» едва разминулась с трамваем, рыча двигателем, свернула на Одоевского и помчалась вдоль Смоленки. Одноглазая «ГАЗель» без лобового стекла, с развевающимся брезентовым тентом, летела вслед. Напротив Смоленского кладбища Таранов догнал «десятку» и резко вывернув руль, протаранил в левый борт. «Десятку» выбросило с дороги, она заскользила боком по спуску и рухнула в Смоленку.
Таранов затормозил, выпрыгнул из кабины и бегом спустился к воде. Вода выглядела черной, маслянистой, неживой… Машина Палача стояла, погрузившись по стекла, казалась пустой. Таранов, качая маятник, не спуская ствола помповухи с автомобиля, стремительно сбежал и прыгнул в воду. Сильным «штыковым» ударом он вдребезги разнес боковое стекло. Палач сидел внутри оглушенный, худо соображающий, безоружный. По лицу текла кровь.
– Выходи, – устало сказал Иван. – Приехали.
После того, как Шахов получил информацию о происшедшем у дома Светланы Мюллер, он немедленно связался с неким бизнесменом по фамилии Николаев.
– Надо встретиться, Сергеич, – сказал Шахов. Любопытно, что позвонил бизнесмену директор «Анти-клуба» с уличного таксофона, а не с сотового.
– Как всегда? – спросил Николаев. Шахов ответил:
– Да.
И спустя час они встретились на съемной квартире недалеко от Московского вокзала, на Лиговке. Шахов коротко доложил о своих соображениях. Подводя итог, сказал:
– Значит, я не ошибся, когда провел его по категории «Л-1».
Николаев некоторое время молчал, обдумывал сказанное. Потом произнес:
– Ликвидатор… Ликвидатор-одиночка? Уверен?
– Уверен. Категория «Л-1».
– Нужно его разыскать, Игорь Палыч.
– Мы работаем. И обязательно его найдем, если только…
– … его не завалят раньше, – закончил фразу Николаев.
– Обидно будет, если завалят, – ответил Шахов. – Этот парень представляет несомненный интерес. – Оперативный псевдоним ты ему присвоил? – Да. – Какой? – Африканец.
Кандидат оказался еще молод – на вид лет тридцати пяти, импозантен и обладал хорошими манерами. На это Гранту было в высшей степени наплевать – пусть будет хоть с манерами питекантропа. Лишь бы был специалист.
Химической теме Грант придавал огромное значение и решил познакомиться с кандидатом лично. Встреча произошла в офисе одной из
