Дружина специального назначения

симпатию. И все было бы хорошо, но развешанные рядом кольчуги явно портили Илюхе обедню.
— А без этого железа точно нельзя обойтись?
— Не положено. А что тебя, собственно, смущает?
— Да не привык я махаться в таком наряде, движения сковывает…
Тут Солнцевский задумчиво уставился на Захара. Точнее, не на него самого, а на его огромный кузнечный фартук, сшитый из толстой черной кожи.
— Кстати о птичках, тут портные путевые есть? Ну или там ателье?
— Кто? — предварительно хлопнув еще стаканчик, переспросил кузнец.
— Ну вот, скажем, этот фартук кто тебе сшил?
— Скорняк княжеский.
— Слушай, а не мог бы он сшить мне по-быстрому вот такое? — С этими словами, Илюха взял лежащий на маленьком столике кусок бересты и набросал гвоздем рисунок его будущей формы.
— При чем здесь это? Ты же богатырь!
— При том! Тут, тут и еще тут. — Илюха быстренько добавил несколько кривых штришков к своему произведению. — Ты наклепаешь всякого железа, шипов и прочей металлической дребедени.
— А… — Захар начал догадываться, к чему клонит странный гость.
— Ну так! И ваши традиции соблюсти удастся, и не придется пуд железа на себе таскать.
— Но как защита такая штука будет слабовата.
— Ну и ладно, я под пули лезть не собираюсь.
— Под что?
— Да неважно. Ну как, справитесь за день?
Захар замялся. Он, конечно, привык, что княжеские богатыри очень тщательно выбирают себе амуницию и часто делают самые немыслимые заказы, но этот странный монах переплюнул всех.
— Ты не сомневайся, князь платит, — подбодрил оружейника Илюха.
— Ну если скорняк успеет, то я сделаю все в срок, — наконец сдался Захар. — Только ты мне поподробнее расскажи, где какое железо вешать.
— На твой вкус, — пожал плечами Илюха.
Глаза оружейника загорелись, очевидно, странное задание начинало мастеру нравиться.
— Ну так послезавтра поутру я у тебя, а потом сразу к князю. По рукам?
— По рукам!
Новые знакомые крепко пожали друг другу руки.
— И еще просьба, уже личная. Сделай мне ошейник, реальный такой, как для волкодава, с шипами наружу.
— Без проблем, — согласился кузнец.
— Три.
— Что три? — не понял Захар.
— Три штуки.
— У тебя целая свора?
— Нет, это для Моти, моего Змея Горыныча…
Долго еще смотрел видавший виды княжеский оружейник вслед уходившему Илюхе. Да, такого странного богатыря в княжеской дружине точно еще не было.

— Ну и где тебя черти носят? — негодуя встретил новоиспеченного богатыря Изя.
— Из твоих уст эта фраза звучит странно, — нашелся Илюха.
Черт, между тем, почуял неладное и с подозрением повел носом.
— Пил! — вынес обвинительный приговор Изя.
— Странный ты, я же на пиру был, так там с князем за разговором пропустил пару стаканчиков.
— Мы тут ждем, волнуемся, переживаем даже, а он с князем пьянствует, — буркнул обиженный до глубины души Изя.
— Да ладно тебе, чего набросился на человека? — пришла на помощь богатырю Любава. — Скажи лучше, тебя приняли в дружину?
— Странный вопрос, а вы разве сомневались? — с этими словами уставший Илюха плюхнулся на стул.
К чести мебели, он жалобно скрипнул, но выдержал такую ношу.
— Перед вами новый богатырь княжеской дружины!
— А денег сколько будут в месяц платить? — живо забыл про обиды черт.
— Как всем, — пожал плечами Илюха.
Встрепенувшийся было Изя тут же приуныл:
— Мне надо было с тобой идти.
— Я и сам с усам, — гордо заметил Солнцевский и лениво бросил на стол княжеский кошель. — Это на первое время, так сказать, подъемные.
Настроение Изи этим вечером было словно весенняя погода — переменчивым и непредсказуемым. В этот момент оно опять стало хорошим. Что ни говори, а ничто так не восстанавливает душевное равновесие, как полный кошелек, особенно если это равновесие украинского черта, со специфическим именем.
— А еще… — выдержав небольшую паузу, продолжил гордый собой Илюха. — Узнав о том, что я прибыл в город не один, князь с княгиней предложили нам занять отдельный дом с амбаром, конюшней и баней. И хотя мы здесь ненадолго, отказаться я посчитал невежливым. Заселяться можем хоть сейчас. Да, и хочу обратить особое внимание на то, что этот дом достается нам абсолютно бесплатно.
Это известие произвело должное впечатление и на словоохотливого Изю, и на домовитую горе-разбойницу. Вся компания бурно встретила хорошее известие. Любава тут же начала собирать нехитрые пожитки, а Изя вдруг ни с того ни с сего задумался.
— И где стоит этот домик? — наконец спросил осторожный черт, справедливо полагая, что