Друзья до смерти

Один снайпер группы захвата занял позицию на башне, второй спрятался за руинами стены напротив. Так они могли видеть всю территорию Бурга. Темные фигуры карабкались на стены, таились на лестнице и залегли на земле, все увешаны оружием с ног до головы, в касках, бронежилетах и масках. Двое бойцов караулили тайный ход из города в Бург, о котором предупреждала Антония. Эту возможность улизнуть парням надежно перекрыли.
— Мои люди окружили Бург, — доложил командир группы Боденштайну. — Тут и мышь не прошмыгнет.
Боденштайн кивнул. Напряженная ситуация: двое снайперов, двадцать пять вооруженных до зубов полицейских и душевнобольной парень двадцати одного года, уже хладнокровно убивший по меньшей мере двоих человек, да еще другой, с оружием.
Ожила рация командира группы захвата.
— Двое, — донеслось оттуда, — вылезают из старой пороховой башни с другой стороны большого луга.
Боденштайн ощутил, как подскочил адреналин. Он взглянул на Бенке и Пию Кирххоф. Та сидела, прижавшись к Зандеру, на деревянных ступеньках лестницы в башню. Антония застыла, привалившись к стене, бледная, как смерть.
— Вы можете определить, вооружены они или нет? — спросил командир по рации.
— Нет. Подождите-ка, один вооружен. Блондин.
— Лукас. — Пия встала и подошла к шефу. — Вы не должны стрелять в Лукаса, он ни в чем не виноват.
— Он убил двоих человек, попытался убить собственного отца, похитил Свению и запер вас в этой дыре.
— Все не так! — запротестовала Пия. — Он хотел меня освободить.
— Вы не знаете всего, что случилось во время вашего отсутствия, — возразил Боденштайн, не взглянув на Пию. — Поздно вечером в субботу на отца Лукаса было совершено покушение. Он в коме. Чуть позже кто-то на машине ван ден Берга сбил девушку, которая видела Лукаса в пикапе зоопарка в вечер, когда убили Паули.
— Когда было совершено нападение на отца Лукаса? — Пия в волнении схватила Боденштайна за рукав. — В котором часу?
— Вы мне сейчас руку оторвете, — сказал Боденштайн. — Я точно не знаю, в одиннадцать или в двенадцать.
— Тогда это не мог быть Лукас. Он забрал меня незадолго до одиннадцати. Мы вместе были во Франкфурте. В «Майнтауэре».
Бодештайн развернулся и в изумлении уставился на коллегу.
— А как в «Мерседес» отца Лукаса попали мобильные телефоны, ваш и Свении? — спросил Бенке.
Пия напряженно думала. Он помнила обрывочные картинки, которые не могла точно интерпретировать.
— Объекты пришли в движение, — раздался в рации голос снайпера.
Командир предупредил лежащих в засаде на лугу бойцов. Снайпер продолжал сообщать, что видит.
— Кажется, они ссорятся.
— Что нам делать? — Командир ждал указаний Боденштайна.
— Захватить, — без колебаний отозвался Боденштайн. — Немедленно.
— Нет! — крикнула Пия в тревоге. — Вы не должны допустить, чтобы стреляли в Лукаса, шеф!
— У вас есть идеи получше?
— Я поговорю с ним.
— Черта с два вы это сделаете! — Боденштайн решительно повернулся к командиру группы захвата. — Действуйте! Пора с этим заканчивать.
Гроза ушла, ветер стих так же быстро, как поднялся. Дождь все еще лил, но на западе над горами Таунуса в просветах облаков показалось кроваво-красное закатное небо. Пию трясло, она стояла рядом с шефом и слушала донесения снайпера по рации. Лукас и Тарек даже не ведали, что идут прямо в руки группы захвата. Пия отлично понимала, что снайперы способны достать любую движущуюся цель за сотни метров.
— Объект удалился на двадцать метров.
— Скополамин! — сказала вдруг Пия.
Воспоминания прошедшей ночи всплывали как обрывки сна, увиденного перед самым пробуждением.
— Что вы сказали? — в один голос спросили Боденштайн и Бенке.
— Я вспомнила! — взволнованно воскликнула Пия. — Мы с Лукасом встретили на той вечеринке в Бокенхайме Тарека, или он нас встретил. Он дал мне что-то, после чего мне стало плохо. Я только помню, что Лукас и Тарек спорили по поводу «Двойной жизни». Лукас высадил меня у ворот Биркенхофа, но я не могла их отпереть. И вдруг появился Тарек. Он рассмеялся и сказал, что скополамин лучшее средство, чтобы… — Пия запнулась. — Он запер меня в багажнике автомобиля. И там были розы! Красные розы. Я еще написала эсэмэску. Или нет?
— Да, — вмешался Зандер. — Мне. «Двойная жизнь, Тарек, розы». Только я ничего не понял.
— Объекты движутся к арке внутренних ворот, — доложил снайпер с башни. — Уходят из моего поля зрения.
Боденштайн колебался недолго.
— Захват! — скомандовал он. — Но не стрелять!
Тарек Фидлер заметил темные фигуры раньше Лукаса. Воспользовавшись замешательством,