Душа для Командора

Ты бы стал сюда спускаться один?
— Я бы и вдвоем не пошел, — засмеялся Андрей. — Вы уговорили меня спуститься только потому, что нас четверо.
— Вот и он не стал, — тоже улыбнулся Дюк. — Потом уже, когда мы проходили мимо завода на обратном пути, он и предложил мне наведаться сюда и даже показал ту самую дверь, через которую мы сюда попали. Но было уже поздно, и мы не знали, можно ли оставаться на ночь в этом месте. Уж слишком близко от города. В общем, рисковать не стали. Что здесь можно найти, кроме неприятностей? Старые противогазы? Бомбоубежище — это ведь не банк. А вот Янек как-то набрел на банковское хранилище. Но попасть так и не смог. Подбивал меня заняться этим, да оборудование дорогое нужно, чтобы двери вскрывать, время нужно, а найдешь, скорее всего, лишь пустые мешки из-под денег.
— Но ты запомнил маршрут? — спросил Андрей.
— Я же говорю, плюнули мы на этот банк.
— Причем здесь банк? Я про подземный путь через бомбоубежище к окраине Города. Ты ведь карту изучал?
— Да. Наверху у забора мы устроили привал, и у меня было время изучить карту, — уверенно ответил Дюк. — На память не жалуюсь.
— Вы нам лучше скажите, кто это там наверху шум устроил? Друзья ваши? — неожиданно крикнул Роберт, и его голос неприятно раскатился в тишине. — Прежде чем разбираться, куда идти, надо разобраться, от чего мы бежим и кто ждет нас наверху!
Андрей покосился на Кею, но она была сама безучастность, и тогда он мягко, словно рассказывая ребенку, откуда берутся дети, пояснил:
— Понимаешь, неожиданно появился космический корабль, который мы не ждали. На нем прилетели люди, которые хотят нас убить. А на другом корабле, серебристом, находятся люди, к которым мы идем и на котором собираемся улететь. Мы надеемся, что они нас смогут защитить.
Роберт посмотрел на Андрея со сдержанной ненавистью, как матрос на утопившего корабль капитана, но от дальнейших вопросов, как ни странно, воздержался.
— Скажи, Кея, а что за корабль у Дрэйда? — спросил Андрей, уже не скрываясь. — На нем хорошее вооружение?
— У него не должно быть наступательного вооружения, — Кея скорбно нахмурилась, — насколько я проинформирована. Если только что-то не установили дополнительно. Но боюсь, у Дрэйда на это не было времени.
«А ведь Командор просил Дрэйда взять лучший корабль, — вспомнил Андрей. — Что за кретин…»
— Но десантный бот Охотников тоже не штурмовой крейсер, — Кея словно читала мысли. — Не думаю, что он сможет пробить защиту межпланетника.
— А что же тогда шарахнуло?
— Узнаем, когда выберемся, — мягко ответила Кея.
Роберт, возящийся у закрытой маховиком бронедвери, опасливо оглянулся.
— Эту дверь нам открывать не следует, — быстро сказал он. — Поищем выход в другом месте. Мне показалось, что я почувствовал трупный запах.
— Не пойдем, — охотно согласился Дюк. — Там, собственно, и находится бомбоубежище и, кажется, какие-то технические помещения. Мы пойдем дальше, коридором над подземной лабораторией, и выйдем к окраине города. Так что не будем терять времени. Отдохнем позже.
Андрей немного задержался под дверью. Ему померещился какой-то далекий размеренный стук по железу. Впрочем, он не поручился бы, что это не отдает в голове пульс. Однако как следует прислушаться он не успел: Кея бдительно хлопнула его по плечу и повела плечом в сторону удаляющихся проводников.
Следующий коридор был когда-то оштукатурен, стены покрывала бахрома облупившейся краски, вдоль потолка тянулась проводка с мертвыми лампами, а лучи фонарей вылавливали вдалеке какие-то шкафы и ящики. Андрей успел сильно взмокнуть сначала во время бега, потом от волнения, но теперь немного успокоился, остыл и стал мерзнуть в сырой одежде. Кроме того, шея чесалась от бетонной пыли, и как никогда захотелось горячего душа. Еще сильнее, чем в лесу накануне.
Так они брели довольно долго, по пути попадались какие-то ответвления, мрачные закутки, которые не было желания изучать, а также проржавевшие двери, которые не было желания открывать. Порядка ради, исследовав одно из попавшихся на пути помещений, проводники обнаружили подобие казармы, заставленной двухъярусными кроватями, заправленными сгнившими одеялами. Но желания присесть, а тем более прилечь, ни у кого так и не возникло.
Понемногу все, даже непривычный к таким прогулкам Андрей, попривыкли и уже не крались, а шли достаточно уверенно. А тоннель тем временем раскрылся и вывел их в помещение, превосходящее по размерам все виденное здесь доселе и служившее, видимо, для сортировки грузов с поверхности. На это косвенно указывала развороченная взрывом шахта, где в неровном почерневшем проеме криво застрял огромный, страшно изорванный лифт, придавленный