Душа в рассрочку

понял, что она вырубилась.
— А мне что теперь делать? — сердито спросил он сам себя, разгоняя пугающее безмолвие.
В ответ раздался грохот — судя по всему, с противоположной стороны залы отодвигали тяжёлый камень и он скрипел, как несмазанная дверь. А может, это и была дверь?
— Кто тут? — услышал он до омерзения знакомый голос Закревского. — А-а, это ты, Егор. А я был уверен, что за последние двести лет я первый, кто посетил это укромное местечко. Ну что ты там встал над костями? Ему уже не поможешь, если ты об этом думаешь, иди сюда, поговорим.
Но Егор окаменел и не мог пошевелиться. Этот вражина стоял где-то там, в темноте, и видел его, как чёрный кот. Это был конец. Они опять попались, и теперь уже, как видно, окончательно и бесповоротно. Мысли его спутались, и по телу пошли мелкие судороги. Он более не хотел жить и участвовать во всем этом кошмаре. Он был готов встать перед тем гадом на колени и слёзно умолять его, как маленький ребёнок, о пощаде, только бы все это вдруг исчезло, оказалось страшным сном или, на крайний случай, дурацкой игрой. Но он продолжал тупо стоять, уставившись в темноту и слушая приближающиеся к нему шаги.
— Да ты, я смотрю, испугался меня? — насмешливо спросил тот, остановившись где-то у постамента. — А мне говорили, что ты герой. Там, наверху, сейчас как раз стену ломают, чтобы вас вызволить. А где, кстати, моя должница, почему я её не вижу и не чувствую?
— Она осталась наверху, — нашёл в себе силы соврать Егор, чтобы хоть как-то помочь бедняжке. — Не захотела убегать со мной, сказала, что все равно уже ваша. А кто там, говорите, нас вызволить хочет?
— Да много их там, но это неважно — здесь нас никто не найдёт, Егор все ещё стоял и молил бога, чтобы Светлана не пришла в себя — тогда Закревский сразу же учует её своим колдовским нюхом. И потом, мысль, что откуда-то пришло спасение, пусть даже и бесполезное в данный момент, обдала его горячей волной, и сердце забилось с удвоенной силой. Теперь он не будет выпрашивать пощады, он… — Ты особо губки-то не раскатывай, дружок, — опять усмехнулся колдун, словно читая его мысли, — тебе уже никто не поможет. Тебя мне на месяцок хватит, а потом, когда наверху все успокоится, я уйду восвояси.
Волосы встали дыбом на голове Егора от этих слов, и ноги подкосились сами собой, и если бы он не схватился за стену, то непременно упал бы прямо на скелет, от которого так и не смог отойти Он сипло спросил дрожащим голосом:
— В каком смысле вам меня хватит?
— В прямом! — Закревский рассмеялся. — Чтобы с голоду не умереть. Я, правда, мясо не очень люблю, но в такой щекотливой ситуации и оно сгодится.
— Вы людоед?
— Да ты сядь хотя бы на пол, а то упадёшь сейчас. Я же понимаю, как тебе это неприятно, но что поделаешь, такова жизнь. Побеждает сильнейший.
— Это вы-то сильнейший? — попытался съязвить Егор, но у него получилась лишь жалкая потуга насмешки.
— А ты ещё не понял? Кстати, если ты думаешь, что выберешься тем же путём, каким попал сюда, то забудь об этом. — Он тяжко вздохнул. — Я привёл в действие систему безопасности, и отсюда теперь нельзя выйти. Она хоть и очень старая, по вполне надёжная. Раньше людям было что скрывать от властей и от любопытных глаз, и они умели это делать.
— Но вы ведь как-то собираетесь выходить? — нашёлся Егор, опускаясь на пол у стены рядом с костями.
— Я-то выйду, потому что знаю, как работает эта система. Между прочим, жаль, что Светлана осталась там, мне о многом хотелось бы с ней поговорить. Если бы она была сейчас здесь, мы бы устроили неплохую вечеринку. Ты хотя бы догадался, кто она такая?
— А чего тут догадываться — прапраправнучка графини Раевской.
— Ну, для этого большого ума не нужно. Я спрашиваю, понял ли ты, зачем я её преследую?
— Боюсь, что вы просто маньяк, сбежавший из психушки, — других соображений пока нет. Но оставим это, скажите лучше, что вы будете делать, если я сейчас вас поймаю в темноте и прикончу?
— Ха-ха-ха! — разнеслось по всему залу громкое противное ржание, и у Егора опять пробежал мороз по коже. — Он меня поймает! Ой, уморил! Ты помнишь, как при нашей последней встрече я ударил тебя по голове?
Егор напрягся и припомнил, что даже не заметил того, как он приблизился и нанёс удар. Ему стало неуютно, и он спросил:
— А как вам это удалось, кстати? И чем вы меня огрели, тоже чулком?
— Да ничем я тебя не огревал, в том-то и дело, — мягко проговорил колдун. — Я даже не дотрагивался до тебя.
— А как же шишка? — опешил Егор. — У меня же появилась вторая, когда я очнулся — Это ты уже потом, когда я тебя отключил, свалился и головой о ножку тахты ударился. Я просто спровоцировал в твоём сознании этот удар, и тебе хватило. Так что если хочешь попробовать