Душа в рассрочку

сжалось от мысли, что придётся с этим всем расстаться, но он тут же взял себя в руки.
— Слышь, Егор? — услышал он Колин голос — Мы же не влезем в одну машину — А ты садись в «мерс» и езжай с парнями за нами, а Петро мотоцикл погонит. Женщины ко мне сядут.
Когда все уже расселись и готовы были покинуть это проклятое место, бабка Наталья, все ещё стоявшая у крыльца, позвала:
— Слышь, Егор, поди-ка сюды на минутку — Кончай, бабуля, спать хочется! — крикнул Петро, разогревая мотор мотоцикла.
Но Егор, заметив какой-то непонятный блеск в глазах старухи, послушно вышел и приблизился к ней. Она повернулась ко всем спиной и тихо спросила — А где тот?
— Кто? — не понял он.
— Ну, самый главный ихний, что за душой гонялся?
— Все, бабушка, нет его больше, — улыбнулся Егор. — Умер он и никогда уже здесь не появится. Едемте, забудьте про это место, провались оно пропадом.
Старуха как-то странно посмотрела на него, втянула носом воздух и, ничего не сказав, пошла к машине. Егор, бросив последний, как он надеялся, взгляд на злосчастную фирму «Судьба», сплюнул на прогнившее крыльцо и с лёгким сердцем сел за руль. Небо над домами начинало сереть, значит, уже совсем скоро появится солнце и разгонит темноту вместе с воспоминаниями о кошмарной ночи. Ужас закончился…
Подивившись количеству, убранству комнат и высоте потолков Светланиной квартиры, гости, не обращая внимания на уговоры хозяйки, принялись наводить порядок. Они пооткрывали все окна, чтобы выветрить дурной запах, отдраили от крови паркет и мебель, которая была густо ею уделана, когда Валера убегал от обезумевшей девушки, а бабка Наталья в это время уже что-то жарила на кухне, покопавшись в холодильнике и шкафах.
Егор со Светланой оккупировали обе имеющиеся в квартире ванные комнаты и отмокали от крови, грязи и чертовщины, прилипшей не только к душам, но и, казалось, к коже и волосам. Когда они наконец вышли, свеженькие, чистые и благоухающие, в махровых халатах, причём сделали это синхронно, на улице уже почти рассвело, а в квартире был порядок. Сельчане, съев месячный запас продовольствия в один присест, бродили по огромной квартире, сыто икали и восхищались богатой старинной обстановкой. Все были довольны, только бабка Наталья почему-то не радовалась избавлению от колдовской напасти, и Егор случайно поймал её жалостливый взгляд, украдкой брошенный на Светлану, объяснявшую в тот момент Любе устройство импортной стиральной машины с тридцатью рабочими режимами. Не придав этому взгляду значения, он подошёл к Николаю с Петром и сказал:
— Вот что, братишки, давайте так: вы сейчас забираете мою машину, а потом, когда оформлю доверенность, я приеду к вам и, может, подброшу деньжат, чтобы соседи не выступали. Сейчас у меня почти ничего нет, так что придётся вам выкручиваться самим. Но дня через два я подъеду. Договорились?
— Так-то оно так, — скис Николай, — только пока ты приедешь, эту машину уже всю по частям ночью растащат и продадут. Может, хоть что-то сейчас подкинешь, чтобы соседи отстали? Скажу, что, мол, компенсация за принесённый ущерб. Жалко все-таки, машина хорошая, пропадёт ни за что.
— Ладно, пойду посмотрю, что у меня осталось Он пошёл искать свои брюки, где должен был лежать бумажник, но в коридоре столкнулся со Светланой.
— Что-то ищешь? — спросила она, улыбнувшись.
— Бумажник свой ищу, — он обнял её и нежно чмокнул в губы. — Нужно что-то за подохших кур заплатить и все такое. Это ведь из-за меня все.
— Ну уж, Егор, ты скажешь, — она нахмурилась. — Это не из-за тебя, а из-за меня, если уж на то пошло. Сколько стоит одна курица?
— Так там не только куры! — засмеялся он. — Там и гуси, и коровы, и ещё черт знает что.
— Люба! — позвала она громко. Та тут же выглянула из кухни.
— Я нужна?
— Скажи, сколько примерно вся ваша издохшая живность стоит?
Та вытаращила глаза:
— Вся?!
— Что тут говорить? — вмешалась бабуля, выглянув из гостиной. — Может, несколько мульенов! Люди, почитай, цельный год растили.
— Долларов?! — ужаснулась теперь уже Светлана.
Все собрались вокруг них, и каждый считал про себя примерную сумму, необходимую для возрождения нормальной жизни в деревне.
— Ха! Кабы долларов, то мы бы новую деревню построили, — сказал один парень — Или за границу смотались, — мудро изрёк другой.
— Короче! — заявила Светлана. — Я вам сейчас даю пятнадцать тысяч баксов, и мы в расчёте, согласны? Чтобы потом не обижались на нас.
— Ни фига себе… — пробормотал Петро, складывая в уме цифры в сумму, которая не помещалась в его голове.
На том и порешили. Тепло попрощавшись, сельчане уселись в «БМВ» и на мотоцикл, довольные