со лба потек пот. Просмоленная ткань цеплялась за шершавый ракушечник. Наконец, первый мешок лег на землю.
— Тяжелый, килограмм сорок будет, — отдышавшись, сказал дед через некоторое время.
Подумав, мы решили разложить содержимое по рюкзакам, а за вторым мешком прийти позже. В итоге, нам пришлось, взяв велосипед, три раза ходить до дома и обратно, рискуя привлечь чье-то излишне бдительное внимание. Но обошлось. Да и то сказать, фонарями наш район не изобиловал и в более поздние времена.
Через тридцать минут хождений туда-сюда я почувствовал, как по спине, в самой ложбинке, течет. Лицо у меня горело. Да и дышали мы с дедом как загнанные лошади, часто и глубоко.
Наконец, все было сложено в мастерской и прикрыто хламом. Не спрятано, а так, чтобы случайно никто не наткнулся. Я умылся, и едва перебирая налившимися тяжестью ногами, побрел спать. Подошел дед, я пожелал ему спокойной ночи, закрыл глаза, и стал стремительно проваливаться в сон без сновидений.
— Деда, — напоследок пробормотал я. — Никому, даже родителям — ни слова!
— Да все я понимаю, Юра! Только и ты мне все это объяснить должен.
-Завтра — сказал я. И отключился.
До сих пор не понимаю, как дед не сорвался с работы, не дождавшись конца рабочего дня. Я бы не утерпел. Но то я. А вот он смог.
Мы снова пошли к морю. Дед закинул удочки. Я разжег костерок. Быстро опускались сумерки. Было тихо, волны накатывались на берег с легким шорохом. Пахло дымом, солью и гниющими на берегу водорослями. Время от времени над нами раздавались крики чаек. Самое время поговорить.
-Ну рассказывай, внук.
— Ну слушай, деда… В общем, я получил в подарок чужую память. И не от одного человека. Нет, в основном, от одного. Он был инженером, и по возрасту постарше тебя. Второй — мальчишка. Жил давно. Присутствие кого-то третьего я ощущаю, но пока оно никак не проявляется. Такие дела…
Неожиданно я буквально физически ощутил эмоции деда. Всю эту причудливую смесь любви, веры, сомнений, легшую на его плечи тяжелым грузом. Я встал, обошел костер, обнял деда за плечи и тихонько прошептал:
— Надеюсь, ты не начал думать, что и с твоей головой что-то не так.
— Чуть было не начал, Юра, — ответил он. Потом вздохнул, повернулся ко мне. И добавил:
— Тогда ответь еще на пару вопросов.
-Ладно, задавай.
Дед рассудил просто. Если любимый внук сказал, что ему досталась память инженера, то нет ничего проще, чем в этом убедиться. Минут двадцать мы говорили о матанализе, обработке металлов резанием, сварке, методах расчета прочности и тому подобных вещах. В конце концов, ему пришлось согласиться, что ничего подобного семилетний ребенок знать не может. В конце концов он произнес:
— Ладно. Факты — вещь упрямая. Верю, что ты действительно стал носителем чужой памяти. Как ты думаешь, почему это случилось?
— Тот человек прожил жизнь как все вокруг, не хуже и не лучше. А к концу, когда что-то изменить было сложно, оказался в полном дерьме. В итоге, он пожелал прожить еще раз, чтобы все исправить. И смог не только пожелать, а суметь расплатиться за переход. Типа, дал Харону не просто монетку, а мешок золота, потому его память не канула бесследно, а воплотилась во мне.
— А ты не знаешь, чем от расплатился?
— Знаю. В таких случаях принимается только одна валюта — смерть в бою. Чем больше врагов с собой заберешь, тем больше шансов воплотиться. Легенды о Валгалле, если отбросить художественные преувеличения, содержат в себе истину. Только вместо рая ты получаешь вторую попытку. Смерть врага, точнее, ее энергетический эквивалент, это и есть шанс на перерождение…
— При чем тут энергетика? — брови у деда возмущенно взлетели «домиком».
— Очень даже при том! Некие ученые проводили опыты с умирающими. Выяснилось, что тело при смерти неожиданно легчает на 7-10 граммов. Если вспомнить о принципе эквивалентности, то получится, что выделяется бездна энергии. Эйнштейн заявил, что энергия покоя E=mc^2. Если ему верить энергия, выделяемая в момент смерти равна так, навскидку, 4,5х15^14 джоулей. Если грубо принять, что душа имеет массу 10 грамм. Хватит, чтобы вскипятить 1 миллион тонн воды. Это же больше, чем выделилось при атомной бомбардировке Хиросимы! Там было всего-то около 6?10^13 Дж. Энергию 1 килотонны тротила помнишь?
— А как же, 4,18х10 ^12 джоулей. Любой подрывник в курсе.
-И чего тогда душа весит в тротиловом эквиваленте?
— Порядком, сто с лишним килотонн тротила! — подсчитав, удивленно протянул дед.
— -Теперь понимаешь, какая энергия уходит со смертью человека на тонкие планы? Взрывов и пожаров не наблюдается, море не кипит. Но люди-то умирают считай что непрерывно,
