помчалась греть чайник. После того, как мы чинно выпили по чашечке чая, Раиса Николаевна оттаяла. Оказалось, неплохая тетка, только ей было неприятно инструктировать мальчишку о том, как именно ему предстоит восхвалять в Москве товарища Карпинского. В картонном ящике оказались продукты. По этому поводу Раиса Николаевна скупо обронила:
— Мальчик, я не знаю, чем ты Карпинского зацепил, но у него не всякий зимой снега выпросит.
-Как чем? — хмыкнул я. — Разумеется, обещанием его безудержного восхваления, а также намеком на огромные перспективы сего деяния. Проще говоря, зацепил я его тенью возможности будущих благ.
— Всего лишь тенью будущих благ? И даже не тенью, а лишь возможностью тени? — недоверчиво переспросила гостья. А я привезла тебе продукты по первой категории и поменяла билет, который вы с мамой забыли получить с плацкартного на купейный. Вот, оказывается, что тень будущих благ с нашим завом делает!
— На дурака не нужен нож, — пропел я.
Потом спохватился, поняв что мультфильма с лисой Алисой и котом Базилио еще нет, и закончил:
— Ему с три короба наврешь, и делай с ним что хошь!
А потом мы втроем пару минут не могли просмеяться. Что маме, что Раисе Николаевне показалось, что напетое — чисто импровизация. Разубеждать не стал. Несколько напряженная атмосфера на кухне разрядилась. Гостья расслабилась и начала улыбаться. Я поспешил воспользоваться моментом:
— Раиса Николаевна, а вы мне напишите слова, что велел товарищ Карпинский заучить!
— Ох, Юрочка, — засмеялась гостья. — Давно я так не хохотала! И откуда в тебе, таком маленьком, такое чисто женское коварство? Ладно, сейчас напишу. Мне исполнительной дурой прослыть нестрашно, вот барин-то наш настоящий дурак, ой дурак! Вот ведь, связался черт с младенцем!
— Вы полагаете, что у черта есть шансы? — смиренно вопросил я.
— Моя школа! — гордо, но невпопад прокомментировала мама.
Периодически давясь смехом, Раиса Николевна составила бумажку, из которой следовало, что товарищ Карпинский заботился обо мне, начиная чуть ли не с периода внутриутробного развития. В частности, он лично занимался со мной развивающими играми, приносил в дом игрушки и дидактические материалы, распорядился о пособиях и книгах, а также оказывал материальную поддержку.
-Вот, Юра, смотри ничего не упусти.
-Спасибо, Раиса Николаевна! Смотрю, любите вы своего боевого зава!
— Ох любим, Юрочка, -все так же посмеиваясь сказала гостья. — Всем коллективом любим! Смотри уж, не подведи нас!
— Не подведу, будьте благонадежны! — отвечал я, напустив на себя вид лихой и придурковатый.
Просмеявшись и выпив еще чаю, гостья достала из сумочки командировочное предписание и тоненькую пачку денег.
— Командировочные, аванс, — пояснила она. — Специально получила и привезла, чтобы у вас завтра день был свободен. Вернешься — отчитаешься. Срок окончания командировки не проставлен. Аванс дали из расчета на две недели. И запомни, что день приезда и день отъезда считается за один день. Собирай счета, если поселят в гостиницу, можно приложить билеты на общественный транспорт и электричку. А так, здесь только суточные. Счастливой тебе дороги, Юра!
-Спасибо, Раиса Николаевна, — серьезно ответил я.
— Для тебя — просто тетя Рая! — она снова улыбнулась.
Мы проводили гостью до трамвайной остановки, потом вернулись домой и сразу же принялись потрошить ящик с продуктами. Нам было интересно, что же дал мне в дорогу предводитель педагогов всея области. От чтения этикеток на банках с консервами нас оторвал дед, вернувшийся с работы.
Мы быстренько ввели его в курс дела. Дед помолчал и спросил:
— Юра, а нам-то тут чем заниматься?
— Новыми технологиями выращивания еды.
— А подробнее?
— Ты может быть обратил внимание, что пища, точнее, ее распределение — это тот поводок, на котором власть держит подданных?
— Да, это всегда так было.
— Так вот, основная задача власти на данный момент — держать в повиновении народ, выигравший Отечественную войну. Люди, сломавшие хребет нацистам, еще живы и в силе. Это либо твои ровесники, либо их дети. Кадровой армии не стало в 1941. До сего дня дожили либо тыловики, либо интенданты. Так?
-Так.
— Теперь главное. Любые новые способы производить продукты питания идут в дело только в одном случае — если они служат целям удержания власти. Смена способа производства однозначно порождает смену общественных отношений.
— Это политграмота. Что у тебя есть конкретно сказать?
— Профессор Герике еще до войны выращивал растения без почвы. Получалось неплохо. В условиях Калифорнии куст томатов
