вниз, мы пошли домой, а еще через час запыхавшийся посыльной позвал к телефону. Поговорив, пришлось помянуть всех известных богов и героев, а также их родню тихим незлым словом, и пойти собирать народ. Выходной испорчен.
Еще через час мы собрались в выделенном для работы помещении и начали мозговой штурм.
— Товарищи, нам дана возможность вволю пофантазировать на тему оптимального устройства системы управления и некой идеи, внедрив которую в общественное сознание, мы сможем избавиться от проблемы с национализмом.
Единую общность типа ‘советский народ’ и лозунги о плавильном котле наций, где все становятся приятно смуглявенькими, велено даже не пытаться предлагать. С ними, говорят старшие товарищи, конфуз получается великий.
Последний вопрос повестки дня: чем заменить идею построения коммунизма, которую вот-вот признают недопустимым идеализмом.
— Это как? — недоуменно развел руками Миша Мещерский.
— А так! Уже появились публикации о том, что коммунистическая идеология в нынешнем состоянии — не более, чем слегка перелицованные идеи библейского толка. Типа морковки перед ослиной мордой, которую вешают, чтобы животное быстро бежало в желательном направлении.
Руководство считает, что их предшественники готовили измену и демонтаж системы. А потому искажалось и уродовалось все, до чего можно было дотянуться — от теорий построения общества до повседневной правоприменительной практики.
Необходимо срочно проработать более конкретную модель справедливого общественного устройства. Особо подчеркиваю: конкретную.
— Да если бы он хоть где-то существовал, тот коммунизм… — скептически протянула сестренка.
-Оценка ‘два’! Вера, мне за тебя стыдно! Мы-то с тобой как раз при коммунизме и прожили большую часть жизни. Папа и мама давали нам все по мере возможностей, и, заметь, платы не требовали! В любой нормальной семье — всегда — коммунизм! А вот в обществе — пока нет. Надо сделать так, чтобы был.
Хуан Антонио задумчиво заметил:
-После того, как меня вывезли из Испании, я три года прожил в детском доме. До сих пор благодарен! О нас заботились, как о родных!
— Ой, а я об этом всем как-то и не подумала, — огорченно вымолвила сестренка, смешно наморщив лоб.
— Продолжаю! С того момента, как было задекларировано, что СССР в свой деятельности не руководствуется более никакими догмами, в профильных журналах — вал статей на тему о том, что марксизм оказался хорош как инструмент разрушения. И не более того.
Тут же последовали реплики:
-Читали, как же!
— Так у него и задачи такой не было — строить. Этому ашкенази деньги не на то давали. Он кормил Женни и детей за счет того, что создавал в Европе движения, которые будут в будущем рушить государства. И, надо сказать, этот еврей свою получку отработал честно!
— Зато он поломал сидящее у людей в подкорке почтение к Власти, которая, якобы от бога.
— Поломать-то поломал. Ломать — не строить! Но вот потом — пустота, заполненная херней!
— Хоть коммунизм пока и не родился, но религию из него сделать уже пытались!
— Ага, пытались! Но лишь затем, чтобы превратить идеологию в набор ритуальных завываний, а затем свернуть лавочку. Мудро придумали, однако!
— Зато люди поняли, что не стоит стесняться, когда режешь неправильную власть. Объективные законы исторического развития, так вот! И за это бородатому Карле — наше пролетарское мерси!
Я постучал кулаком по крышке стола. В учебном классе узла связи, отданном в полное наше распоряжение, слегка поутихло.
— Напрасно тратим время! Перечисляем известное, а вперед — ни на шаг! Андрей, подведи итоги:
— Ну, про марксизм — ясно. О прошлом, вроде, тоже. Думаю, интересен исключительно текущий момент. Как обычно, у нас проблемы. Как все давно привыкли, большие.
Тот уродец, который называется у нас социализмом, фактически нежизнеспособен. Его поддерживают, но это как раз та ситуация, когда система действительно может рухнуть, и придавить наших детей. Ну, и нас, если доживем. Пока что мы снова и снова воспроизводим общественные отношения, отжившие еще до нашего рождения. Однако, теории пока нет, и завтра ее ожидать не стоит.
Потому самое важное на данный момент — половчее управляться с имеющимся в наличии. Спроектировать хотя бы не общество справедливости, а для начала систему, не пропускающую подонков во власть. Ну, и комплекс мер по эффективной и перманентной очистке всех уровней управления от негодяев.
Помявшись, Андрей закончил:
-Ну, это я так думаю. Могу и ошибаться.
— Сегодня понедельник. Свои соображения по перечисленным мной вопросам мы должны в связном виде подать
