Два танкиста из будущего. Ради жизни на земле

— Товарищ Стонис, и что рассказывают наши ГОСТИ?
— Ничего нового, товарищ маршал. Сказки.
— Сказки? Это интересно. Еще интересней, когда они становятся былью, — сказал Берия и сделал знак рукой. Один из сержантов отдернул ширму до конца. На спрятанном за ней втором столе лежали рюкзак и несколько патронов к охотничьему ружью. Сергей и Андрей опять переглянулись.
— Разрешите, товарищ маршал госбезопасности? — взял инициативу в свои руки Сергей.
— Говорите, — ответил Берия, с интересом разглядывая Иванова, словно редкий экспонат краеведческого музея.
— По найденным вещам вы, наверное, уже определили, откуда мы. Но я сразу хочу заметить, что не просто из будущего. Мы из будущего другого мира. Хотя и очень похожего на ваш, — Сергей взглянул на обалдело глядящих на него чекистов и добавил: — Еще в начале шестидесятых годов двадцатого века по времени нашего мира американский физик Эверетт

выдвинул гипотезу о существовании миров, существующих параллельно нашему в одной и той же вселенной. Как видите, она оказалась верной. Мы выехали в своем мире на охоту в июне 200.. года и, попав в непонятный туман, перешли из нашего мира в ваш, отстающий от нашего на… лет.
— Минуту, — Берия, пока Сергей рассказывал, успел вместе с Мурашовым дойти до стульев, но вдруг приостановился: — Лейтенант Кактусов, выведите товарища Иванова в соседнее помещение. Пусть он там продолжит свой рассказ под запись.
— Есть! — раздалось из-за спины Сергея, руки, прижимавшие его к стулу, ослабли. Поднявшись, он успел оглянуться на Андрея, но твердо направленный к двери идущими сзади охранниками, не успел больше ничего.
За дверью Сергея ждал такой же стол, за которым уже сидел стенографист и майор Стонис. Едва успевшего сесть на стул Иванова тотчас же засыпали градом вопросов, начиная от стандартных, про имя, фамилию и отчество, до неожиданных — о фасоне женского белья, называемого «колготками». Сергей отвечал, не подозревая, что сам стал невольным виновником такого любопытства, в пьяном виде проговорившись о колготках Клаве. Да, той самой, с которой познакомился в прошлом году и которая на самом деле была секретным сотрудником НКВД с оперативным псевдонимом Верный. Неведомо нам, как слово наше отзовется, точно. Нет, конечно, это был не единственный и отнюдь не самый главный вопрос, разговор или, если уж быть предельно точным, допрос, длился несколько часов.
Оставшиеся в комнате помолчали несколько секунд, потом Берия раздраженно спросил:
— Вы, товарищ генерал, ничего рассказать не хотите?
— Почему же не хочу. Хочу. Начну по порядку, если не возражаете, — ответил Мельниченко и начал, словно зачитывая невидимую анкету:
— Я, Мельниченко Андрей Петрович, родился 12 февраля…
Сидевшие напротив него Берия и Мурашов внимательно слушали фантастическую историю трех людей, попавших в необычную ситуацию, не обращая внимания на скрип карандаша стенографиста.

Как ни странно, но с прокурором мы все же встретились. Едва закончился мой допрос и разговор Андрея с наркомом, только с нас взяли подписку о неразглашении и снова свели вместе, убрали со второго стола «вещдоки», как один из охранников подошел к Берии и что-то шепнул ему на ухо.
— Да? — удивленно и весело произнес Берия и разрешил: — Пусть войдет.
В комнату вошел, внимательно осматривая обстановку, крупный, мускулистый, что было видно даже в мешковатом обмундировании, человек с курчатовской бородой, невольно заставившей меня вспомнить прозвище Курчатова и подумать, что и этого человека друзья наверняка тоже называют «Бородой».
Вошедший подошел и, поздоровавшись, представился Берии. О чем они разговаривали, мы так и не услышали, потому что нас попросили выйти в соседнюю комнату. Потом туда подошел и Борода, оказавшийся прокурором фронта. Да, все же слишком мало мы тут пробыли, поэтому, видимо, раньше ни разу в штабе не сталкивались. Поговорили. Хороший человек, душевный. Узнал, что нас задержали без санкции, и не побоялся самого «кровавосталинского опричника» потревожить. И что самое интересное — нарком(!) внутренних дел(!) не расстрелял, а оправдывался перед прокурором! И думаете, это только в этом мире? Нет, в том-то и дело, что и у нас без санкции прокурора ни одного человека даже в тридцать седьмом не арестовывали. Вот так. Как римляне говорили: пусть погибнет мир, но торжествует правосудие.
Оказывается, Андрей с ним вообще вместе из штаба ушел, а я моментом воспользовался и у чмошников для своего медсанбата немного