Двадцать семь эльфийских амазонок

Фериэль.
— Тогда разреши мне, Первая мать, высказать своё мнение по укреплению обороны — сказал сержант. После благожелательного кивка он начал:
— Царящие здесь порядки мне абсолютно не нравятся. Это жизнь мирного времени, а не войны. Отряд в двадцать лучниц может перебить всех. Любую амазонку включая командира, мага, и Первую мать могут захватить в любой момент.
— Это каким же образом? — недовольная такой оценкой, вмешалась Фериэль.
— Все амазонки, включая присутствующих, покидают крепость в одиночку. И в любой момент могут быть захвачены в плен. Наверное, и у орков есть амулеты невидимости?
— Никто не выходит из крепости в одиночку! — заявила Фериэль.
— Да, это вооружённая четвёрка несёт кувшинчик для естественных надобностей любой желающей сходить в кустики! — съязвил Жора.
Фериэль покраснела, осознав свою промашку.
— Сегодня, встав поутру, наблюдал картину купания девушками коней. Для мужчины зрелище весьма завлекательное. Для врага же — прекрасный момент выпустить пятнадцать стрел и убить пятнадцать амазонок. Там лес к этому пляжу подходит на пятьдесят шагов. Как вы думаете смогут орчанки верно пустить стрелу на такое расстояние? Я думаю, что запросто. Там на скале всего одна наша лучница. Если не убьют сразу, то она всё равно ничего сделать не сможет. В лучшем случае убьёт одну или двух орчанок, прячущихся в кустах. Мы же лишимся двух третей отряда. Третий вопрос, который не даёт мне покоя: Что вы собираетесь делать с лошадьми, если начнётся нападение? Здесь в крепости они не нужны. Оставлять врагу, тоже неправильно. Куда их прикажете деть?
— Принц, а почему вы не хотите, чтобы мы загнали их в крепость?
— Не забудьте, что я воевал пеше и не считаю себя специалистом в этом вопросе, — счел нужным заметить Жора. — На мой взгляд, это просто обуза. Загнав их в крепость, их придется кормить и поить. Пастись им негде. Нужен корм. Надо делать загон. Поить или из ведра, или выводить через калитку по одной. Если убьют, труп лошади будет разлагаться и через сутки двое нам здесь будет нечем дышать от вони. Вы представьте если сюда загнать шестьдесят лошадей, много ли останется места? А если начнут бить зажигательными стрелами и лошади взбесятся и начнут метаться по всему двору? Я почему-то уверен, что меня затопчут сразу.
— Наши лошади — это не просто кони, — пояснила Фериэль. — Это шестьдесят бойцов, которые делают всё по команде. Копыта у них кованы. Пехоту нагов табун сметает за раз, не смотря на вооружение. Даже коннице орков может нанести серьёзные потери, не имея на спине всадниц. Мы не можем отдать своих товарищей на растерзание врагу.
— Я понял, — сказал Принц. Тогда делаем загородку для лошадей, ворота в плетне с закрытым спуском к воде, отхожее место для амазонок. Стены у загона надо будет делать высокими, чтобы лошадей не достали стрелы. Чем кормить думайте. На опушках леса надо будет сделать завалы из веток, чтобы ни конный, ни пеший не смог подобраться. В поле перед частоколом закопать короткие колья в траве и сделать ловушки. Тем самым сорвём возможную конную атаку большими силами.
На этом совещание закончилось.
Фериэль, выслав разведку, пошла распределять девчонок на работы, а Жора поруководив и показав часа два, что и как нужно делать, отправился к себе в шатёр, предупредив командира, чтобы первую кандидатку подготовили с утра, а вторую после обеда. Туалету он правда уделил особое внимание, добившись, чтобы исполнители всё поняли точно. И чтобы яма была достаточно глубокая и перекрытие прочное и дырки не маленькими. Стенки определил в два метра. Командиру посоветовал все фургоны поставить в одну линию, образовав из них одну из стен загона, навесив на них плетёные щиты, чтобы не пролетали стрелы. С этими щитами можно будет в дальнейшем совершать марш и ставить фургоны в оборону, если понадобится. Рассказал ей про тактику вагенбургов, если фургонов много.
Едва сержант умылся и переоделся в свою белую шелковой одежду самца, пришла эльфиечка. Назвалась Тинаэль и девственницей. Разделась. Девчонка на лицо была красивой, этого, с точки зрения мужика, не отнять. На фигурку выглядела инфантильной девочкой пятнадцати лет. Грудь маленькая, бёдра узкие, талия еле заметна. Светлая грива волос имелась и стройненькие худые ножки. Улыбалась застенчиво. Попка, правда, была оттопыренная, набитая о седло. Губки пахли не целованной юностью. Хотя девки здесь были все не целованные. Он хотел её спросить, а сможет ли она родить, но потом передумал. Вдруг обидится. Сержант её стоя всю обласкал руками, нацеловал в волю, потом уложил на кроватку и посмотрел промежность. Да, действительно девочка. Положил на животик, откинул в стороны волосы и начал гладить