Двадцатый — расчет окончен

легко читалась скованность и напряже­ние…
Дорохов подпалил сигарету и будто невзначай посмот­рел в одну сторону набережной, в другую. Затягиваясь табачным дымком, изу­чил подтягивающуюся к деревянным сходням публику. Стайка при­лично одетых молодых людей – по виду местных студен­тов; две па­рочки пожилых туристов с африканского континента; три человека лет тридцати – двое мужчин и женщина, нетерпеливо погля­дываю­щие на часы и кого-то поджидавшие под светящейся вывес­кой…
«Да… теория – теорией, а опыта никакого, – сокрушенно вздох­нул спецназовец. – Попробуй, мля, определи слежку, когда на всех рожах написано единственное желание – напороться до поро­сячьего визга!..»
Бросив в урну окурок, он тоже посмотрел на минутную стрелку часов и направился к проклятой золотисто-красной башне, уродливо возвышавшейся над Сеной. Нырнув под арку с горевшей вывеской, гулко протопал по деревянному мостку; кинул на лоток входной кассы сотенную купюру, опять осмотрелся… На другом берегу и чуть левее в лучах подсветки красовалось великолепное здание – поко­павшись в памяти, Артур припомнил: дворец спорта в Берси. Не­много дальше виднелся трехсотметровый мост, по нему медленно проплы­вали огни автомобильного потока. А вокруг плавучего маяка рябила, отражая миллионы искр, темная и верно уж холодная речная вода…
Еще разок глянув на берег, он сунул в карман сдачу и миновал парочку здоровяков – молчаливый и придирчивый фейс-контроль. Однако прежде чем надолго обосноваться внутри клубного «помеще­ния» – под натянутым над палубой желтым тентом, решил пройтись по всему «дебаркадеру» и хорошенько изучить, что творилось на двух нижних палубах.
«Так-так… В этой рубке, судя по ароматам, устроена кухня, – до­га­дался молодой человек, вышагивая мимо красной металлической ко­робки с большими белыми цифрами «01» на боку. – А что же дальше – внутри этой длинной надстройки?..»
И открыв ближайшую, дверцу с круг­лым иллюминато­ром, оку­нулся в липкий полумрак…

Париж. 2 сентября
Над расположенным на верхней палубе рестораном слабо колы­хался от дуновений теплого ветерка громадный тент. Сквозь паруси­новую «крышу» в ночное небо уходила конструкция высокого маяка со стеклянной и красиво подсвеченной верхушкой…
Девушка выбрала столик у противоположного от берега борта. Свободных мест было еще предостаточно, и Дорохов, задер­жавшись на мгновение у трапа, направился к столику, стоявшему че­рез ряд. Сел он так, чтобы напарница постоянно оставалась в поле зрения.
– La carte, s`il vous plait, – раскланялся подошедший официант, положив перед посетителем меню.
– De la bierre, – попросил Артур, не заглядывая в карту, где все одно бы ничего не понял. А к пиву решил присовокупить что-нибудь из мясной закуски: – De la viande.
Выряженный в форму стюарда океанского лайнера гарсон вто­рично поклонился и проворно отбыл к кухне-над­стройке исполнять заказ.
«Что ни говори, а меня сейчас тоже спокойным не назовешь. На­пустило руководство туману со страхами – трясись теперь!.. – неза­метно поморщился телохранитель, бросая на стол пачку сигарет с за­жигалкой. – Думал, кого-то предстоит грохнуть, а тут… Ни хрена не могу понять! Неужели мимолетная встреча с передачей информации – такое невероятно сложное по исполнению мероприятие? Неужели всех прибывших из России туристов день и ночь пасут американские спецслужбы? Чушь какая-то! Бред! Не мо­жет этого быть. Сил и на­роду у них на подобные подвиги не хва­тит».
Прикурив сигарету, он начал изучать «зал» и окрестности.
Вероятно, маяк на самом деле в далеком прошлом был дейст­вующим – болтался на якорных цепях где-нибудь в северных водах Ирландского моря. По крайней мере, об этом говорила и сама конст­рукция сооружения, и множество бережно сохраненных для досто­верности де­талей.
Обследуя плавучий клуб, перед тем как подняться в ресторан, Дорохов скоро убедился в простоте за­мысла устроителей. Та палуба, на которую он попал по деревянным сходням с берега, была средней из трех. Узкое прогулоч­ное простран­ство, ограниченное с внешней стороны глухим невысоким бортом, опоясывало кольцом металличе­скую над­стройку. Внутрь этой над­стройки спецназовца и угораздило по­пасть, в начале «экскурсии» по барже. Угораздило потому, что, оказавшись в душном помещении, сразу услышал непотребный звуки. И пока после яркой иллюминации глаза привыкали к полумраку, едва не споткнулся о клубок чьих-то тел. Каюты, укромные закутки, по­всюду диванчики с мягкими по­душками… Характерный запашок травки и нетрезвый народец, потя­гивающий через трубочки