Двадцатый — расчет окончен

отчего та моментально осела по стенке и уро­нила голову набок.
– Су-ука… – морщился он, торопливо затаскивая бесчувственное тело девки в коридорчик.
Азиаты, верно, находились где-то рядом – вот-вот должна была скрипнуть одна из боковых дверей. Или обе одновременно, что стало бы наихудшим вариантом.
Страсть как хотелось минуту посидеть на корточках, всласть по­материться. Да времени на стоны и пустую ругань, увы, не отпущено – нужно спешить.
Дорохов бросил нетяжелую ношу – затылок девушки гулко тюк­нулся об пол, вероятно, добавив ей пяток лишних минут внеплано­вого отдыха. Ладони быстро обследовали одежду, щелкнул миниа­тюрный замочек сумочки…
Бумажник, визитки, ключи, рация – похожая на ту, что мелькнула в руке азиата…
Черт, оружия у девицы нет. А жаль – с ним было бы спокойнее.
Возвращаясь на позицию у выхода из коридорчика, Артур вдруг вспомнил о первой девушке, спустившейся сюда следом за Ольгой.
– Мля!.. А про нее-то я забыл! – повеяло неприятным хо­лодком от запоздавшей догадки.
Однако из женского туалета не доносилось ни звука. Да и зани­маться сейчас с девчонкой некогда – с ней он, безусловно, справится, а тем временем подоспевшие мужички с узкими и хитрыми глазами, возрадовавшись его глупости, захлопнут ловушку под названием «ко­рабельный гальюн». И трандец! Сушите весла – через крохотный ил­люминатор аппетит­ная задница разлюбезного агента не пролезет ни под каким соусом. Будь этот соус трижды на основе вазелина…
Длинная изогнутая рукоятка дверцы внешнего борта медленно подалась вверх. Еще немного и язычок грубого механизма выскочит из углубления, полотно с овальными углами отъедет наружу, откроет вход и…
Подоспевшая идея заставила Дорохова выйти из укрытия, на вся­кий случай оглянуться назад…
С противоположным бортом пока порядок – рычаг пудового ме­ханизма неподвижен. Видать, второй азиат задержался, протискива­ясь сквозь курящую на палубе публику.
Короткий разбег. Сильный удар ногой по начавшей медленно от­крываться двери. Хрен его знает, кто там собирался заглянуть. Или войти. Ну да теперь поздно гадать.
Второй удар прозвучал тотчас за первым – отлетевшая дверца долбанула непрошенного гостя. Третий чуток запоздал, но тоже по­лучился неслабым – отлетевшее тело врезалось в близкий борт. Затем последовал сдавленный стон, стук упавшего на палубу оружия…
Артур высунулся наружу.
Отлично! На узкой палубе лежит кореец. Или китаец – все они для европейцев на одно лицо.
– Иди сюда, родной, – оглядываясь по сторонам, он сунул за пояс пистолет и скоренько затащил бедолагу внутрь надстройки. – Ука­чало, да? Пить надо меньше, дядя…
Частично отражаясь огромным тентом, яркое освещение ресто­рана ровно стелилось по водной ряби, оставляя нетронутой черноту прогулочной палубы. Это на руку – происходящее на крохотном пя­тачке у «холла» не привлекло внимания праздных гуляк.
Тело азиата с тем же гулким звуком упало в коридорчике рядом с девицей. Из разбитого затылка мужчины на пол текла кровь – круглая черная лужица быстро увеличивалась в размерах.
«Этот залег надолго. Но где же второй?!» – спохватился Дорохов. Медлительность (или осторожность?) второго агента спецслужб на­стораживала. Боле задерживаться здесь нельзя – дорога каждая ми­нута, и он принял другое решение: поочередно закрыл двери, фикси­руя рычаги замков в запертом положении. Вернувшись в коридорчик, подергал ручку женского туалета…
Закрыто изнутри.
Постучал…
В ответ все та же тишина.
– Ладно, – пробормотал спецназовец, стаскивая с китайца пид­жак.
Плотно обмотав дорогой одежкой свой трофей – новенький швейцарский «sig-pro»; не прицеливаясь, дважды выстрелил сверху вниз по замку. Теперь дверь легко поддалась…
Три кабинки; из дальней точно по команде вылетела испуганная Ольга; по левой руке отчего-то стекает тонкая алая струйка…
– Что случилось? – шепотом спросила она. И побледнела, увидев торчащий из-под чужого пиджака ствол пистолета.
Тот приказал жестом: «тихо!» и резко открыл соседнюю дверцу – пусто. В последней кабинке послышался шорох – словно кто-то по­спешно натягивал или снимал нижнее белье. Потянув дверь на себя, Дорохов на всякий случай отпрянул влево…
Предосторожность оказалась напрасной – возле унитаза стояла его первая соседка с задранной юбкой, с колготками и узкими тру­си­ками, спущенными до колен. Лицо запылало возмущением; с губ со­рва­лась какая-то фраза – должно быть, забористое ругательство.
– Не-ет, милашка!.. В твоем распоряжении было несколько ми­нут, а штаны ты сняла только что. Ну-ка иди сюда! – скомандовал молодой человек и бесцеремонно