Двенадцатое заклятие

вами.
Похоже, Нору ошарашила просьба. Переезд в Лондон возвышал ее в глазах подруг, и делить возвышение с кем-то из них было немыслимо. Тем не менее она отнеслась к делу серьезно:
— Не сомневаюсь, я быстро заведу новых друзей, учитывая папино важное положение и связи, но, несмотря на это, как было бы здорово разделить радость с вами. Я спрошу его сейчас же. — И она сорвалась со своего места.
Люси осталась в гостиной одна. Ее трясло от волнения. До нее только сейчас дошло, что нужно было направить действие заклятия и на мистера Гилли тоже. Что, если он не пожелает, чтобы дочь взяла с собой подругу? Но не прошло и пяти минут, как Нора вбежала в гостиную, радостно улыбаясь.
— Он говорит, это прекрасная идея, — сказала она и обняла Люси. — Он только велит вам беречь легкие.
Девушки посмеялись над страхом мистера Гилли схватить простуду. Они вели себя как маленькие девочки. Потом попросили принести пирожные и съели их от души, весело болтая о том, что будут делать в Лондоне. Люси мало интересовали балы, шляпные магазины, шикарные особняки и парки с аттракционами. Возможно, несколько месяцев назад она была бы в восторге от всего этого, но теперь это был всего лишь шаг на пути к ее важной цели. Она поддерживала разговор, только чтобы порадовать Нору. Ей стоило хотя бы так загладить вину перед подругой за обман.

Следующим этапом ее плана было нечто, что Люси еще недавно сочла бы немыслимым. Она отправила записку на постоялый двор, где остановился мистер Моррисон, и пригласила его встретиться с ней в кофейне неподалеку от рыночной площади. Люси пришлось украсть стакан вина из кухни, чтобы успокоить нервы, — так дрожала у нее рука, когда она начала писать записку. Добрые слова, намек на прощение, даже восхищение — все это вызывало у нее тошноту, но мистер Моррисон обладал ценными сведениями, а если Люси хочет преуспеть, ей необходимо знать как можно больше.
Когда она уже собиралась уходить на свидание, из гостиной поспешила миссис Квинс и преградила ей путь:
— И куда это ты, интересно, собралась?
— По делам, — ответила Люси. — Вас это не касается.
— Опять эта подлая Мэри Крофорд?
— Не собираюсь отвечать на ваши вопросы. Пропустите. Я скоро уезжаю в Лондон с мисс Гилли. У вас больше нет надо мной власти.
— Уезжаешь в Лондон, — повторила мисс Квинс, — а твой дядя-то в курсе?
— Какое это имеет значение? Вы оба мечтали, чтобы я убралась из этого дома, вот ваша мечта и сбылась.
Миссис Квинс крепко ухватила Люси за запястье:
— А мистер Олсон? Ты должна выйти за него замуж.
— Пусть мои дела вас больше не беспокоят, — сказала Люси, чувствуя, как в ней закипает гнев. Она, Люси Деррик, колдунья, собирательница потерянных листов «Немой книги», не позволит обращаться с собой, как с уличной оборванкой. — Если вы не отпустите мою руку, клянусь, я расцарапаю вас до крови. Будьте уверены.
Миссис Квинс отпустила руку, но не уступила дорогу:
— Ты пожалеешь, что рассердила меня.
— Пока что, — сказала Люси, отталкивая миссис Квинс, — я получаю от этого удовольствие. — Она открыла дверь и вышла на улицу, не оборачиваясь, хотя ей очень хотелось это сделать.

Люси не была уверена, что мистер Моррисон исполнит ее просьбу, и не знала, что будет делать, если он не придет на встречу, но он пришел в назначенное время. Он не скрывал любопытства. В это время дня кофейня была переполнена. Большие по размеру столы были заняты большими компаниями из улыбающихся старичков, старушек и плачущих детей. Имелись и столики поменьше, рассчитанные на двоих, и Люси прошла к одному из таких в глубине зала. Она знала, что рискует, появившись в общественном месте с молодым человеком. Могут пойти слухи. Наверняка. Но Люси занимали более важные вещи, к тому же она скоро покинет Ноттингем.
Найдя Люси за столиком, на котором дымились две чашки горячего шоколада, мистер Моррисон поклонился и сообщил высокопарно, что он к ее услугам. Если его и удивило приглашение, то он этого не показывал.
— Садитесь, пожалуйста, — сказала Люси. — Я взяла на себя смелость сделать за вас заказ.
— Как мило, что вы помните о моих вкусах, — сказал он, потирая руки, прежде чем сесть. — Всегда любил шоколад.
— Не забыла, это правда, — сказала она, — и, поскольку не знала, захотите ли вы принять мое приглашение, решила прибегнуть к стимулу.
— Признаюсь, я удивлен, — сказал он, — приятно удивлен, так как после нашей последней встречи вы дали понять, что больше не хотите видеть меня. Но я рад, что вы меня позвали. Я скоро уезжаю, и мне не хотелось расставаться на такой печальной ноте.
— Куда