Двенадцатое заклятие

покончить с представлениями, которые для него мало что значили, уже пожимал руку Люси.
— А это, — сказал мистер Гилли, — лучшая подруга моей дочери — мисс Деррик.
Мистер Персиваль так сильно сжал ладонь Люси, что она ойкнула. Он тотчас отпустил ее руку.
— Простите, — сказал он. — Я знаком с вашим дядей, мисс. Позвольте несколько слов наедине.
Люси чувствовала себя не в своей тарелке.
— Конечно, — сказала она.
Мистер Персиваль взял ее под руку и повел прочь от Гилли.
— На самом деле я не знаком с вашим дядей, — сказал он довольно дружелюбно. — Однако я знаю о вас из отчетов моего агента, мистера Моррисона.
— Вы хотите сказать, что мистер Моррисон — тори? — удивленно спросила Люси.
Премьер-министр громко рассмеялся.
— Нет, моей партии не так повезло. Мистер Моррисон — член братства Розы и Креста, а я возглавляю не только наше правительство.
Люси наконец поняла. Спенсер Персиваль, премьер-министр Англии, был также главой братства розенкрейцеров, членом которого состоял мистер Моррисон. Это от Спенсера Персиваля исходили приказы.
— Мистер Моррисон обязан обо всем меня информировать, как вам известно, и поэтому доложил мне о вас. Надеюсь, вас это не шокирует. Вам повезло, что вы работали с ним вместе.
Люси так не считала:
— Почему вы так думаете?
— Потому что, — сказал премьер-министр, — мистер Моррисон — герой нашей страны. Буквально говоря, он сделал для Англии больше, чем кто-либо из живущих.
Люси фыркнула, вспомнив его глупые фокусы, дешевое обаяние и как он обманул ее четыре года назад.
— Мне в это трудно поверить.
— По большей части молодые девушки падки на него. В любом случае он писал, какое участие вы приняли в событиях и как помогали ему в поисках страниц книги, которую мы ищем. У него, вероятно, не было другого выхода, как прибегнуть к вашим услугам, но теперь знайте, что ваша роль сыграна.
— Я и не знала, что мне выпало играть какую-то роль.
— Это так, — сказал он. Его голос был ласков, но тверд. — Каждый играет свою роль, милая. И пожалуйста, не думайте, что мы великие ученые, а вы неразумное дитя, — это вовсе не так. Вы послужили своей стране и сделали больше, чем мы могли бы у вас просить, но теперь мы хотим, чтобы вы отступили. Сама земля пришла в движение, мисс Деррик, и я был бы опечален, если бы она вас раздавила.
Люси не нравилось, что незнакомый человек говорит, что ей следует делать, даже если этот человек премьер-министр.
— Я учту ваш совет, — сказала она.
— Это было бы благоразумно с вашей стороны, — ответил премьер-министр. — Вы знаете, кто играет в эту игру? Знаете, кто этот Нед Лудд?
— Нет, мистер Моррисон мне об этом не говорил.
— Естественно, не говорил. Такие сведения для вас не предназначены. Смею предположить, что ваша неосведомленность — подарок судьбы. Цените его и не пытайтесь узнать больше. Я так говорю, потому что беспокоюсь за вас.
Люси застыла на месте, утеряв способность двигаться или говорить. Неужели это правда? Неужели она в самом деле рискует жизнью, если станет продолжать? И что ей теперь делать? Разве она имеет право сжиматься от страха, когда Эмили томится в ужасном заточении? Но и отвернуться от событий глобального масштаба, когда ей предназначено сыграть в них роль, Люси тоже не могла. Мистер Моррисон и премьер-министр самонадеянно решили, что будущее Британии зависит от порабощения рабочих, но Люси в это не верила. Она действительно не знала, чего именно хочет Лудд. Но имело ли это значение? Если Лудд прав, а розенкрейцеры не правы, разве не обязана она поддерживать Лудда?
— Бог мой, Спенс, вы ведь не собираетесь утомлять разговорами бедную девушку весь вечер?
Люси подняла глаза и увидела, что к ним приближается — в этом не могло быть ошибки, хотя раньше она видела это лицо только на эстампах и гравюрах, — принц-регент, указывая прямо на нее винным бокалом. Люси предстояло познакомиться с принцем Уэльским. Но не он смутил Люси. По одну руку от принца стоял невероятно красивый и хорошо одетый незнакомый джентльмен, а по другую — Джордж Гордон лорд Байрон.

Последовали короткие представления. Позже Люси с трудом вспомнит, кто что сказал. Ей пожимал руку принц-регент — человек, который однажды станет английским королем, человек, который и теперь обладал всей полнотой власти. Слева от него стоял не менее знаменитый человек, пресловутый Джордж Браммелл, по прозвищу Красавчик, близкий друг принца и законодатель моды в Лондоне. Благодаря Браммеллу мужчины теперь носили не бриджи, а брюки, приталенные камзолы и изысканно повязанные шейные платки.