Неужели все погибли? Все, кто летел вместе с ней тем рейсом из заповедных окрестностей Большого Медвежьего озера? Расти Карлсон молила Бога, чтобы не оказаться одной в безлюдной лесной глухомани. И — о, чудо! — еще один пассажир злополучного рейса подал признаки жизни.
Авторы: Сандра Браун
собой, проснувшись на следующее утро. Первой реакций было крайнее удивление, но ей удалось сохранить полное спокойствие, по крайней мере внешне. Тут же выяснилось, что занавес, который Расти так изобретательно соорудила и повесила вокруг кровати, ночью сорвался с крючков. Упавшее одеяло лежало в ее ногах.
Поднявшись на одном локте, девушка сердито откинула волосы с глаз.
— В чем дело?
— Мне нужно с тобой поговорить.
— О чем?
— Ночью шел снег, намело несколько дюймов.
Взгляд Расти на мгновение задержался на бесстрастном лице Купера, и она, вложив в голос все свое раздражение, произнесла:
— Если ты собираешься лепить снеговика, то я не в настроении.
Купер не дрогнул, хотя Расти могла поклясться: напарник из последних сил сдерживается, что-бы не придушить ее на месте.
— Это очень важно, мы зависим от снегопада, — спокойно объяснил компаньон. — Скоро в эти края придет зима, и наши шансы на спасение существенно уменьшатся.
— Я это понимаю, — ответила Расти серьезным тоном, который вполне подходил смыслу сказанного. — Единственное, чего я не могу взять в толк, так это зачем именно сейчас нужно обсуждать нашу плачевную участь.
— Затем, что, прежде чем мы проведем вместе еще один день, нам нужно кое-что откровенно выяснить и принять основные правила поведения. Если мы застряли в этой дыре на всю зиму — а очень похоже, что это именно так, — давай-ка придем к соглашению по нескольким пунктам.
Расти села, все еще прикрываясь одеялом до подбородка
— Каким, например?
— Хотя бы по поводу этих вечных обид, с надутыми губками и недовольными гримасками. — Брови Купера слились в одну прямую, суровую, предостерегающую линию. — Я не собираюсь мириться с твоими капризами и своенравием.
— Ах, не собираешься? — поддразнила Расти.
— Нет. Ты же не ребенок. Так и веди себя по-взрослому.
— Значит, ты будешь оскорблять меня, а я должна подставлять другую щеку — так? Н это для тебя приемлемо?
Купер впервые с начала разговора отвел взгляд, явно досадуя на себя:
— Вероятно, вчера мне не стоило говорить тебе все эти вещи…
— Разумеется, не стоило. Не знаю, какие ужасные мысли роятся в твоем маленьком грязном умишке, но не нужно обвинять меня в чем попало.
Напарник задумчиво потеребил краешек уса:
— Я был чертовски зол на тебя.
— За что?
— Главным образом за то, что я… Я просто не выношу тебя как человека. Но все еще хочу спать с тобой — под этим я, естественно, подразумеваю не просто сон.
Наверное, если бы Лэндри отвесил ей пощечину, Расти была бы менее потрясена, чем теперь. С губ девушки сорвался стремительный вздох, но собеседник не дал ей возможности произнести ни слова:
— Сейчас не время ходить вокруг да около и играть в дипломатию, верно?
— Верно, — хрипло повторила Расти.
— Я надеюсь, ты оценишь мою честность.
— Конечно.
— Хорошо, этот пункт мы обсудили. Итак, нас влечет друг к другу, это очевидно. Говоря по правде, мы хотим быть вместе. Смысла в этом ни на грош, и тем не менее так и есть.
Расти смущенно опустила взгляд. Собеседник долго ждал ее ответа, пока не потерял терпение:
— Ну?
— Что — ну?
— Скажи что-нибудь, бога ради.
— Я признаю, что так и есть.
Купер глубоко вздохнул:
— Итак, мы оба это знаем, как понимаем и то, что будет крайне неблагоразумно поддаться своим желаниям. А еще отдаем себе отчет в том, что нас ждет адски долгая зима и мы должны сгладить некоторые моменты. Согласна?
— Согласна.
— Для начала нужно прекратить поливать друг друга грязью.
Карие глаза Расти натолкнулись на холодный взгляд Купера, и он нехотя добавил:
— Признаю, в этом я виноват гораздо больше тебя. И все же давай пообещаем не опускаться до словесных оскорблений.
— Обещаю.
Купер кивнул:
— Погода будет нашим врагом. Самым страшным недругом. Чтобы с ним справиться, потребуются все наши внимание и энергия. В таких условиях мы не можем позволить себе роскошь тратить время на борьбу друг с другом. Так вышло, что наше спасение зависит от совместного проживания. А сохранение нашего рассудка — от того, насколько мирным это проживание будет.
— Я понимаю.
Купер прервался, пытаясь собраться с мыслями.
— Мне кажется, наши роли должны быть традиционными.
— Точно: ты — Тарзан, я — Джейн.
— Что-то в этом роде. Я добываю пищу. Ты ее готовишь.
— Но ты ведь так бестактно указал на то, что повар из меня никудышный!
— Ты исправишься.
— Я постараюсь.
— Только не реагируй так бурно, если я даю тебе совет.
— Но тогда и ты воздержись от низких замечаний
