Двое одиноких

мужчина. И совершенно очевидно, их влечение было взаимным.
Напарники вряд ли сохранили бы рассудок, если бы не поддались физической тяге, этому удивительному по накалу сексуальному притяжению. Они могли бы пережить зиму, не став любовниками, но к весне оба наверняка превратились бы в маньяков, одержимых страстью. Необузданное желание, казавшееся таким безрассудным, уже нельзя было сдерживать.
В обычных обстоятельствах отношения между Расти и Купером вряд ли вообще были бы возможны. Но их нынешняя ситуация была далека от обычной. И не стоило долго выяснять, какими разными были они сами, их образы жизни, политические взгляды или философия. Это не имело значения. Единственное, что было важным, — потребность мужчины в интимной близости с этой женщиной.
Купер медленно поднял голову:
— Что ты сказала?
— Я спросила о тех вещах, что ты говорил вчера, — ты по-прежнему хочешь этого?
Он не мигая смотрел на Расти:
— Да. Хочу.
Лэндри был человеком действия, не слов. Он прильнул к девушке, мягко поддерживая ее пальцами за шею. Плавно наклонив голову Расти, Купер подарил ей страстный поцелуй. Впившись в губы любимой, мужчина издал неистовый, победный возглас дикого зверя. Его язык ласкал рот Расти, и девушка улетала на седьмое небо от блаженства…
Купер поднялся, спотыкаясь, словно не в силах удержаться на ногах. На этот раз он не успел подхватить стул, и тот с грохотом свалился на пол. Но любовники этого конечно же не заметили. Лэндри обнял Расти за талию, ее руки обвились вокруг шеи мужчины. В порыве страсти он крепко сжал любимую, приподнял ее перед собой и откинул назад — но только для того, чтобы снова припасть к столь желанному телу.
— О боже. — Купер оторвался от губ Расти и принялся осыпать поцелуями ее шею. Рука мужчины играла с густыми рыжими локонами, он нежно теребил волосы, переплетал их между своими пальцами. Роскошные кудри красавицы попались в крепкую ловушку рук Купера, спасения из которой уже не было, — совсем так, как он мечтал тогда, когда впервые увидел Расти. Пораженный этой мыслью, мужчина застыл, внимательно глядя на возлюбленную. Его Лицо светилось жаждой страсти.
Расти встретила его пристальный взгляд без тени застенчивости:
— Поцелуй меня снова, Купер.
И губы мужчины снова припали к губам Расти, так пылко и жадно, словно он опять пытался выпить любимую до дна. У девушки перехватило дыхание. Купер дарил поцелуй за поцелуем, а его рука уже бродила возле брюк Расти. Он не стал возиться с кнопкой и молнией — еще секунда, и они были безжалостно уничтожены. Когда рука Купера скользнула под резинку ее трусиков, Расти задохнулась от волнения. Она думала, что чувства будут нарастать постепенно, что Купер будет долго и нежно ласкать ее тело, даря восхитительную прелюдию.
Расти не жалела, что все пошло совсем не так. Дерзость, нетерпение, дикое желание Купера возбуждали ее еще сильнее. Где-то в самой глубине души девушки вдруг взорвалось столь же неистовое вожделение. Бедра сами собой подались вперед, навстречу ладони Купера, словно призывая ощутить мягкость и сочность ее плоти.
Лэндри забормотал под нос ругательства, но сейчас бранные слова выражали высшую форму его возбуждения. В них интуитивно угадывалась сексуальность — совсем как в песнях Рода Стюарта, которые невозможно слушать отстраненно, не думая о близости мужчины и женщины.
Купер поборолся с застежкой джинсов, освобождая свое главное достоинство — воплощенную мужественность, горячую, твердую, наполненную…
— Я чувствую прикосновение твоих волос, — зашептал он на ухо Расти, — они такие мягкие…
Эротический подтекст этого послания едва не лишил Расти чувств. Безвольно откинувшись на край стола, она дотронулась до бедер любимого, затем, осмелев, скользнула рукой под джинсы:
— Пожалуйста, Купер, сейчас…
Одним стремительным, уверенным толчком он глубоко вошел в лоно Расти. Она уже едва могла дышать от сладкой боли, этого восхитительного, ни с чем не сравнимого наслаждения. Судорожно вздохнув, Лэндри придвинулся еще ближе. Теперь возлюбленные цеплялись друг за друга из последних сил, словно единственные, кто уцелел в страшной катастрофе, — собственно, Купер и Расти на самом деле ими были. Они прижимались друг к другу, словно сама жизнь сейчас зависела от того, насколько крепкими будут эти объятия. Для того чтобы спастись, им просто необходимо было держаться вместе, стать единым целым.
Нельзя сказать, кто первым из любовников решился задвигаться навстречу. Может быть, это произошло одновременно — кто знает?.. Ощутив несказанный восторг оттого, что любимая женщина наконец-то находится в полной его власти, Купер стал