Двое в лунном свете

– У вас волосы были распущены, – добавила Феба.
– Судя по вашему виду, можно было сказать, что вас изнасиловали, – заявила Теодора. – Так что вполне естественно, что мы сказали мистеру Уэллсу о том, чтобы он женился на вас.
– Именно так должен поступить джентльмен, если он овладел леди, – объяснила Эдвина. – Однако бывают случаи, когда джентльмены ведут себя неподобающим образом, и тогда леди оказывается обесчещенной навсегда. Но мы не хотим, чтобы такое произошло с вами, – заключила она.
Конкордия обратила потрясенный взор на Эмброуза.
У него было такое ощущение, будто он тонет.
– Я только что пытался объяснить юным леди, что наша ситуация довольно сложна, – спокойно проговорил он. – Я хотел сказать им, что вы современная женщина без старых предрассудков, которая не чувствует себя обязанной следовать побитым молью светским правилам и условностям, которые свет диктует женщинам.
– Совершенно верно. – Конкордия с явным усилием взяла себя в руки. – К тому же не следует забывать, что внешность обманчива. – Учительница, нахмурив брови, оглядела по очереди Фебу, Ханну, Эдвину и Теодору. – Сколько раз я говорила вам, что нельзя делать какие-то выводы, не получив существенных доводов и доказательств в их пользу?
– Но, мисс Глейд, – напомнила ей Феба, – у вас волосы были распущены.
– Вечером у меня голова разболелась от шпилек, – заявила Конкордия. – Вот я их и вынула.
Ханна нахмурилась:
– Но, мисс Глейд…
– Однако даже если не говорить о внешности, – перебила ее Конкордия, – я хотела бы напомнить вам о необходимости уважать права других людей на личную жизнь. И юным леди, которые все еще ходят в школу, негоже вмешиваться в дела взрослых. Я достаточно понятно выражаю свои мысли?
Судя по недовольному перешептыванию девочек, которые принялись тихо переговариваться, едва завязался этот неприятный разговор, было понятно, что они не привыкли слышать столь серьезные замечания от их обожаемой мисс Глейд.
– Да, мисс Глейд, – прошептала Эдвина.
Губы Ханны задрожали.
– Да, мисс Глейд, – повторила она.
Феба прикусила губу. Теодора с несчастным видом наклонила голову.
– Простите нас, пожалуйста, мисс Глейд, – тихо проговорила она. – Мы только хотели помочь.
Конкордия немедленно смягчилась.
– Знаю, – кивнула она. – Но могу вас уверить, что между мною и мистером Уэллсом прошлой ночью не произошло ничего такого, что потребовало бы вашего вмешательства. Разве это не так, мистер Уэллс?
– Я хотел бы напомнить всем присутствующим, что подобные ситуации задевают репутацию не одного человека, – вымолвил Эмброуз.
Все вопросительно посмотрели на него.
– Прошу прошения? – не поняла его Конкордия.
Судя по звуку ее голоса, она говорила сквозь стиснутые зубы.
– Видите ли, дело в том, что общество, как правило, бывает обеспокоено только репутацией леди, – начал объяснять свою позицию Эмброуз. – Но я считаю, что о чести джентльмена тоже неплохо бы подумать.
Лицо Конкордии обрело каменное выражение.
– Мистер Уэллс, с моей точки зрения, наша беседа постепенно заходит в тупик, – заявила она. – Предлагаю немедленно перейти в столовую для завтраков и сменить тему разговора.
Эмброуз и глазом не моргнул.
– Так вот, – продолжил он, – поскольку речь идет о моей чести, потому что именно я тот джентльмен, который имеет отношение к этому делу, я не могу не заметить, что и у меня есть некоторые права в этом разбирательстве.
– Признаться, я никак не могу взять в толк, каким это образом были задеты ваши права, сэр, – сказала Конкордия сдавленным голосом.
– Ну-у… На самом деле мне бы не хотелось, чтобы вы считали, что я не уважаю ваши современные взгляды, мисс Глейд, – проговорил Уэллс. – Поэтому, с моей точки зрения, нам бы следовало прийти к компромиссному решению. Предлагаю альтернативный выход из ситуации – не такой, к каким прибегают обычно.
Фебу, Эдвину, Теодору и Ханну его слова явно очень заинтересовали.
– О чем это вы говорите? – спросила Конкордия со скрытой угрозой в голосе.
– Мне кажется, – начал Эмброуз, – что существует очень современный, хотя, вероятно, и не совсем приемлемый для каждого из вовлеченных лиц, способ разрешить ситуацию. И все же, думаю, он устроит каждую сторону.
– Мистер Уэллс, – мрачно вымолвила Конкордия, – прекратите говорить загадками. Вероятно, прошлой ночью вы совсем не выспались.
– Нет, я спал отлично, благодарю вас, – заверил учительницу Уэллс.
Ханна сделала шаг вперед. Ее личико светилось любопытством.
– О каком это способе вы говорили, сэр? – спросила она.