Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
бестолково спешащих кудато…
Одна из створок ворот, заскрипев низко и противно, широко распахнулась, продемонстрировав с десяток недовольных усатых физиономий, ощетинившихся оружейными и пистолетными стволами. Стоящий чуть впереди усачей офицер в жёлтых ботфортах на ногах и с белым шарфом, обмотанным вокруг худой шеи, спросил на чистейшем русском языке:
– Чего надо, бродяги? Жирные задницы батогов просят?
«Вот, кстати, богатая пища для вербовочной деятельности! – тут же отреагировал внутренний голос. – Кого купили уже один раз, запросто можно и перекупить!»
Как и было договорено, все дисциплинированно промолчали, демонстрируя свою иноземную сущность, только Лаудруп начал бойко излагать на английском языке версию о наивных купцах, желающих сплавать в Ладожское озеро – в поисках местных, очень дешёвых и жирных осетров. Рассказ сопровождался громким шелестом важных бумаг, купленных в Копенгагене, и тихим позвякиванием золотых монет – в бархатном кошельке, зажатом в ладони датчанина…
Разговор занял минут пятьшесть. Как только кошелёк из рук Лаудрупа перекочевал в карман русскоязычного шведского офицера (которому Егор несколько раз – уже на будущее – многозначительно подмигнул), так разрешение на проход «Короля» в Ладожское озеро и было получено.
– Дрянь – крепость сия! – от души высказался Лефорт. – Стены земляные, солдаты сонные. А вот пушки хороши! Дальнобойные, новые. Двенадцать штук я насчитал. Только не по месту она стоит…
– Действительно, не по месту! – поддержал генерала Лаудруп, которому Егор перевёл высказывание Лефортово. – При желании этот Ниеншанц и обойти можно – ночью тёмной. Если что, то её надо непременно переносить. Вон на тот длинный остров, поросший лесом берёзовым, где, как говорят местные чухонцы, обитает много длинноухих зайцев…
А вот крепость Нотебург (Орешек – в русской транскрипции) оказалась куда как серьёзной.
– Взрослое такое сооружение! – уважительно определил Пётр. – Чемто мне напоминает крепость Нарвскую…
– Вотвот! – поддержал царя Егор. – Потренироваться можно – заодно. Опять же, как учит нас генерал Лефорт, запад надо с востока завоёвывать. Орудия ломовые здесь можно будет испытать, прочее – всякое…
Лефорт, Лефорт… Мудрый, всезнающий, хладнокровный, умеющий одним словом всё расставить по местам правильным. Егор помнил (из своего прошлого Знания), что герру Францу осталось совсем немного жить на этом весёлом свете. Пройдёт без малого полгода, и Лефорт должен будет заболеть и скоропостижно скончаться…
«Можно чтото изменить, нельзя? – мучился Егор. – А главное, надо ли – чтото изменять?»
Неожиданно навалилась вязкая летняя жара, над Ладогой повисло знойное марево, озёрная вода испарялась прямо на глазах: белёсые струйки пара дружно поднимались в бездонное голубое небо, заворачиваясь в крутые спирали, тающие под беспощадными лучами злого оранжевого солнца.
Полный штиль, звенящая тишина, странные миражи вокруг…
Ладожские миражи, господа мои, это чтото особенное, не объяснимое простыми словами… Кажется, что само Время переплетается в них своими неверными и длинными щупальцами, совсем не заботясь о соблюдении элементарной событийной хронологии и всякой прочей – ерунде ерундовой…
Прямо по курсу сиреневый мамонт неторопливо трусил кудато по глади озёрной, навстречу ему медленно выползал огромный светлофиолетовый таракан с длинными яркоизумрудными усами… А слева плыла длинная гребная галера, с её борта на зеркало Ладожское неожиданно соскользнула крохотная фигурка, побежала навстречу «Королю», быстро увеличиваясь в размерах. Вот уже перед ними – прекрасная нагая женщина: полногрудая, широкобёдрая, тёмноволосая, улыбчивая, с милыми ямочками на полных щеках. Незнакомка мимолётно усмехнулась чемуто своему, лукаво и призывно подмигнула правым карим глазом и растаяла в розовооранжевом мареве озёрном…
– Видал? – зачарованно выдохнул Пётр. – Видал, Алексашка? Ах, какая баба! Какая… Найди мне её, охранитель! Прошу – найди… Ничего не пожалею! В золоте утоплю…
«Деловто – на рыбью ногу! – усмехнулся внутренний голос, уверенно опознавший личность этой озёрной красавицы. – Крепость Мариенбург, которая расположена на большом острове – посередине озера лифляндского. У местного пастора Глюка эта девица и трудится, то ли горничной, то ли кухаркой. Зовут её Мартой, фамилия – Скавронская. Так что, Пётр Алексеевич, готовь золотишко… Хотя, сколько сейчас этой Марте (то бишь будущей Императрице Екатерине Первой) лет? Чтото около пятнадцати, получается. Молодая ещё, однако…»
Вслух Егор ограничился только пламенным обещанием: незамедлительно и
