Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
под ногами, приветливо махая коротким хвостомобрубком… Вон несколько преображенцев во главе с бравым подполковником Андрюшкой Соколовым, улыбаются радостно, салютуют. А где? Где же – она, которая…
Тёплые ласковые ладони невесомо легли на его глаза, нежные губы легко коснулись затылка… Вот и всё. О чём ещё, собственно, вам рассказать, мои судари и сударыни? Просто встретились два любящих друг друга человека, больше года мечтавшие об этом кратком и волшебном миге…
Уже гораздо позже, ближе к вечеру, когда схлынула первая сладкая пеленаистома, и когда он уже вдоволь поигралпообщался с полуторагодовалыми Петькой и Катенькой, Егор спросил у жены, ласково касаясь её нежного плеча:
– Саня, а почему утром, когда я приехал, ворота были открыты?
– Тебя ждали, родной! Князь Ромодановский, Фёдор Юрьевич, ещё два дня назад сообщил, что прибывает обозпоезд царёв. Я и попросила Фёдора Голицына выслать кордоны вперёд. Так что мы знали обо всех ваши передвижениях, к встрече готовились… А преображенцы твои, Саша, просто молодцы! Помогали мне весь этот год во всём. И я к ним в полк часто наезжала с царевичем Алексеем…
– Даже так, с Алексеем? – удивился Егор.
– Как же иначе, сердечко моё? – довольно улыбнулась Санька. – По царскому Указу ты один из многих, кому поручено участвовать в воспитании сынка царского. Ты был в отъезде дальнем, так я заменяла тебя, как и положено любящей и верной жене… Уговорила царевну Наталью, сестру Петра Алексеевича, вот и ездили втроём в полк Преображенский. Алексей Петрович уже научился метко стрелять из пищали и ружей, шпажным и сабельным боем много и усердно занимался…
– Молодец ты у меня! – одобрил Егор. – А ещё чем занималась полезным?
– Ещё? Языкам обучалась: французскому, английскому, немецкому, итальянскому, испанскому – только чуть…
– Ого!
– Ещё у доктора Жабо училась – премудростям медицинским. Не одна – с другими Сёстрами Милосердными. И роды сложные помогали ему принимать, и при операциях разных. Воспалённые кишки вырезали из животов, ногируки отпиливали почерневшие… Теперь я на Службу сёстринскую не принимаю кого попало. Заставляю обучаться сперва, экзамены (как мсье Жабо говорит) сдавать. Думаю вот школу открыть медицинскую, для Сестёр будущих…
Егор смотрел на жену и не находил слов. Санька похорошела просто несказанно: немного похудела лицом, постройнела фигурой, талия – почти как до родов, а глаза голубые, огромные – ещё умней стали, ещё родней…
Было только одно непреложное и сильнейшее желание: схватить эту неземную красавицу в свои крепкие объятия и зацеловать до смерти…
Уже после полуночи, чувствуя, что сейчас крепко уснёт, Егор вспомнил:
– Саня, я же там привёз растений всяких – саженцы деревьев и кустов, черенки цветочные. Надо же с ними чтото сделать. Чтото, правда, сломалось по дороге, чтото засохло…
– Я уже распорядилась, милый! – нежно и сонно проворковала жена в ответ. – Слуги всё, что уцелело, уже прикопали временно, на огороде. Потом постоянно пересадим – в нашей с тобой Александровке, любезной сердцу…
На следующий день он не утерпел, заехал на часокдругой в свой Преображенский полк. С женой Санькой и заехал, с которой даже на короткое время расставаться и разлучаться не хотел…
– Александр Данилович, радостьто какая! – искренне обрадовался приезду полковника Фёдор Голицын, вскакивая с полкового барабана, сидя на котором, он наблюдал за мушкетными стрельбами. – О, Александра Ивановна, наш ангелхранитель! Позвольте ручку поцеловать! Прибыло вчера от батюшки вашего, Ивана Артемича, две телеги с мылом. Благодарны премного…
– Это мы с отцом на паях открыли фабрику мыловарную, – объяснила Санька. – Ты же мне денег много оставил, с избытком. Вот и поставили фабричонку в слободе Долгопрудной. Для полка Преображенского мыло отпускается почти бесплатно, со скидкой половинной…
Провели пробные стрельбы – новыми гранатами, начинёнными хитрым зажигательным составом.
– Это полковник Брюс прислал с оказией два бочонка со смесью и инструкцию подробную: как гранаты той смесью правильно начинять, – пояснил Голицын.
– А где сейчас сам Яков? Когда вернуться собирается? – спросил Егор.
– Отписал, что месяца через дватри. Мол, не всё ещё нужное – по части химической – успел прикупить в Европах…
Испытуемые гранаты взрывались только через раз, но пламя поднималось высоко и пылало жарко.
– Очевидно, Брюс смешал порох, белый фосфор и порошок серы самородной, – предположил Егор. – А вот корпус гранатный, брат Фёдор, толстоват! Дай команду, чтобы растачивали больше, усердней…
В четверг он прибыл в Преображенский дворец, как и было велено – незадолго
