Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
второй раз взмахнул, третий… Семь серебристых молний, одна за другой, просвистели негромко и таинственно, в зале опять наступила полная тишина, нарушаемая только редкими потрескиваниями горящих факелов. Кабан сразу же стал похож на экзотического дикобраза, испуганно ощетинившегося стальными иглами…
Личный друг Небеснородного Султана опять тихонько поаплодировал и задал очередной вопрос:
– Сэр Александер, а вот эта приметная серьга в вашем ухе… Она – откуда? Чейто презент?
– Вы опять угадали, эфенди! – почтительно поклонился Егор. – Это подарок моего хорошего друга, датского капитана Лаудрупа.
– Лаудруп всё так же ходит по морям на своём «Короле»?
– Да, всё на нём, родимом! Несколько месяцев назад я тоже удостоился чести быть пассажиром этого славного брига.
Медзомортпаша задумчиво подёргал себя за седую бороду, восхищённо покачал головой, промолвил почтительно:
– Эта серьга, сэр Александэр, для меня – самая лучшая рекомендация! Капитан Лаудруп – человек, бесспорно, уважаемый – во всех отношениях. Кстати, достопочтимый сэр, не назовёте ли ваше изначальное русское имя? Другие ваши благородные титулы – кроме пэрского?
– Дворянин Меньшиков, Александр Данилович, генералмайор, командир Преображенского полка…
– И личный Охранитель царя Петра! – закончил за Егора турок. – Итак, перейдём к делу. России нужен мир с Османской Империей, чтобы развязать себе руки для шведской кампании. Это понятно. Что вы, уважаемый Охранитель, можете предложить за его незамедлительное подписание?
– Деньги. Очень большие деньги! – честно признался Егор и тут же поспешил уточнить, заметив, как у его собеседника презрительно дёрнулись брови: – О пошлом бакшише речь не идёт! Я говорю – о совместно заработанных Больших деньгах.
– Объясните!
– Последние четыре года были для России годами урожайными. У некоторых наших помещиков в амбарах хранится двухгодичный урожай пшеницы, у других – даже трёхгодичный…
– Это тоже понятно! – кивнул головой Медзомортпаша. – Куда вам продавать пшеницу? Балтийских портов у России нет. Путь до Архангельска долог, да и моря северные – штормовые, жестокие… Ливония и Курляндия? Они там все бедные и жадные: такую заломят пошлину перевалочную, что и от прибыли ничего не останется. Есть, конечно, и южный путь. Но здесь – мы, турки, держащие под своим полным контролем проливы, ведущие в море Средиземное, к богатым европейским рынкам… Так в чём суть предложений ваших, господин генералмайор?
– Суть предложений – проста! – усмехнулся Егор. – Я скупаю, да и казна поможет государева – ежели что, пшеницу у помещиков русских… – задумался (якобы) минуты на две, – по две пятых части гульдена за пуд. Продаю вам, вернее – Султану Небеснородному, за четыре шестых гульдена. Вы, Османская Империя, сбываете пшеничку эту – за полновесный гульден – пудик. Всё просто. Русские корабли подошли к Константинополю, извините – к Стамбулу, перегрузили мешки с пшеницей на корабли турецкие, получили деньги, ушли к Азову – за следующим грузом. А к Азову – по Дону – батюшке – непрестанно баржи с пшеницей спускаться будут. Главное, чтобы мир был, тогда и коммерция будет процветать…
– Гульден – за пуд? Да, в Европе польскую пшеницу покупают по этой цене, – подтвердил турок – бывший алжирский корсар. – Русская же пшеница будет получше польской. Гораздо лучше… А сколько будет кораблей – с тем грузом?
Егор ответил – с погодовой разбивкой на ближайшие пять лет. В умных глазах Медзомортпаши замелькали бесконечные нули…
– Всё это очень серьёзно, нужно подумать, посчитать! – заявил турок, и громко щёлкнул пальцами правой руки.
Тут же – словно изпод земли, в зале появились четверо тёмнокожих слуг, одетых в одни набедренные повязки, ловко и оперативно заменив розовую жидкость и табак, перенастроили кальяны, после чего – словно бы испарились…
Время тянулось в полной тишине, вязко и медленно: лежали, курили – словно в ожидании чегото… Егор краем глаза заметил, что Медзомортпаша изредка поглядывает на голову африканской антилопы, висящей на правой стене – рядом с горящим факелом. Стал тоже исподтишка наблюдать за этой головой. Минут через пятнадцать винтообразные рога антилопы – до этого смотрящие в разные стороны, совершенно бесшумно развернулись, становясь параллельными друг другу.
«Не иначе, за той стеной сидел сам Небеснородный – с обычными деревянными счётами в руках! – радостно предположил внутренний голос. – Всё это время считал и пересчитывал – выгоду предложенную. Вот, похоже, наконец, принял окончательное решение…»
Как бы там ни было, но через три дня оба Договора были успешно подписаны: и о семилетнем мире, и об оптовых
