Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
светлобежевые, неказистые паруса, но спрятаться за мысом уже не получилось, сглазил Емеля: на севере неожиданно и угрожающе замаячили силуэты вражеских кораблей.
– Один, два, три… пять… девять… двенадцать! – вслух считал Тихий, не отрываясь от окуляра подзорной трубы. – Вся эскадра Лешерта пожаловала, в полном составе! Как же так, Александр Данилович? Ведь известно, что сей командор всегда на ночевку останавливается у берега. Что он тут делал – на раннем рассвете? Нас ждал? Тогда – откуда узнал? А, Александр Данилович? Ничего не понимаю…
– Видимо – судьба! – невозмутимо ответил Егор и спокойно уточнил: – А если попробовать – уйти проливом обратно, в Псковское озеро?
– Ничего не получится! – горестно и безнадежно махнул рукой Емельян. – Западный ветер больно уж окреп, несет нас прямо на берег. Надо отдавать якоря, чтобы не налететь на прибрежные скалы, а нельзя: швед тут же заберет в злой полон…
После тридцатисекундного раздумья Егор скомандовал:
– Капитан, прикажи поднять все паруса, курс – прямо по ветру, строго на восток! Когда нас выбросит на берег, то поджигаем ял и уходим! Пушки ядра и все тяжелое – немедленно за борт! Выполнять!
«Франц Лефорт» сел на прибрежную мель очень даже удачно: всего в двенадцати – пятнадцати метрах от желтокоричневого крутого обрыва, почти не накренясь относительно горизонтальной плоскости. Команда и пассажиры, захватив с собой огнестрельное и холодное оружие, а также теплую одежду и небольшие запасы продовольствия, послушно покинули борт судна и, погрузившись по пояс в прохладную озерную воду, хмуро побрели к берегу.
Егор и Тихий оперативно, щедро пользуясь жирной солониной, вынимаемой из толстого бочонка, развели на палубе яла – рядом с мачтами и бортами – несколько невеликих костров.
– Эх, плохо разгорается, сырое же все! – огорченно вздыхал капитан обреченного яла, поглядывая на вялые, белесосерые струйки дыма. – Не дай бог, шведу достанется мой бедный кораблик…
– Не достанется, брат! – уверенно заверил его Егор и, пристально взглянув на морскую гладь, предложил: – Давай, Емеля, оперативно сматываться на берег, пока еще не поздно!
Метрах в трехстах от севшего на мель «Франца Лефорта» надежно и однозначно встали на якоря пять шведских кораблей: три серьезных фрегата и две длинные озерные шняги, от которых уже отплывали гребные лодки, ощетинившиеся многочисленными ружейными стволами.
– Вот же повезло мордам скандинавским, усатым, так их всех растак! – от души выругался Емельян и по широкому веревочному трапу начал торопливо спускаться в холодную воду…
Егор и Тихий скрытно залегли на крутом береговом обрыве – за разлапистым сосновым корневищемвыворотнем. Первая вражеская лодка уже пристала к невидимому с обрыва борту яла, послышался редкий стук – это шведские моряки старательно метали абордажные крючья, пытаясь зацепиться ими за широкие перила бортов яла. На палубе «Франца Лефорта» горели – в среднюю силу – четыре дымных костра.
Еще две лодки противника медленно оплыли севший на мель корабль – по разным сторонам, матросы, находящиеся в них, без устали поводили своими ружьями тудасюда, высматривая на берегу подходящую и достойную мишень для меткого выстрела.
– Давай! – коротко приказал Егор и с силой метнул зажигательную гранату, целясь в переднюю мачту яла, где горел самый яркий костерок, после чего опустил голову и прикрыл ее сверху руками.
Один за другим громыхнули два сильных взрыва, волосы на затылке резко погладила торопливая и жаркая волна, послышались звуки беспорядочных выстрелов, вокруг визгливо и бестолково запели шведские пули…
– Все, огонь разгорелся знатно, и шведы трусливо уходят! – через три минуты объявил Тихий. – Боятся, что на «Франце Лефорте» может взорваться пороховой погреб. Это они, усачи, правильно опасаются…
Когда они стали отходить вглубь берега, Емельян несколько раз болезненно охнул и хмуро выругался себе под нос.
– Ранило никак? – озабоченно спросил Егор.
– Да не в этом дело! – печально и расстроенно ответил Тихий. – Шведская пуля только плечо оцарапала совсем чутьчуть, даже кровь уже не идет… А вот когда мы гранаты метали, то я глазато закрыл, а лицо так и не успел спрятать, вот все усы и опалило (бровито ерунда, это ничего не значит!), а без усов жена меня совсем не воспринимает: смеется без остановки и все отталкивает в сторону…
Сильный западный ветер принес громкое эхо нового сильного взрыва.
– Вот и все! – печально объявил Егор. – Погиб еще один «Франц Лефорт»…
На привале решили окончательно разобраться с ближайшими планами.
– Ну, Емеля, пойдешь с нами к истокам Наровы – охотиться на командора Лешерта? – спросил
