Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
подорвал пороховой погреб! Скорее всего, что и сам Лешерт, больно уж он, по рассказам пленных и перебежчиков, горд и заносчив», – понял Егор, сильно тряся головой, чтобы избавится от противного звона в ушах.
Когда он в следующий раз навел подзорную трубу на место завершающейся схватки, то увидел только гигантское облако грязносерого дыма, из которого время от времени выныривали одинокие лодки и плоты, стремящиеся вернуться на берег…
Через полтора часа из трофейной шведской шлюпки на песчаную косу, слегка пошатываясь, выбрался Михаил Сомов – командир второго батальона. Мишкина голова была туго обмотана какойто окровавленной тряпкой, раненая правая рука располагалась в широкой холщовой перевязи, переброшенной через голову.
– Господин генералмайор! Эскадра шведского командора Лешерта полностью переведена под руку русскую! – смертельно усталым голосом доложил Сомов. – Три судна затонуло во время взрыва порохового погреба на флагманской яхте «Каролус», остальные находятся на плаву и готовы к плаванию!
– Наши потери? – глядя в сторону, спросил Егор.
– Около шестидесяти убитых, сто пятьдесят человек – ранены и контужены!
– Что с полковниками Апраксиным и Смирновым?
– Ппогибли оба, Александр Дданилович! – заикаясь, сообщил Мишка и заплакал, тоненько всхлипывая…
Егор сидел на речном обрыве, свесив ноги вниз, и, изредка прикладываясь к горлышку прямоугольной бутылки с зубровкой, разговаривал сам с собой:
– Два молодых полковника, оба – Никиты. Молодые, русоголовые, широкоплечие, кровь с молоком – если говорить коротко… Погибли вот. Жалко – до слез… А ведь по всем документам, которые я читал раньше, в двадцать первом веке, эскадра командора Лешерта была захвачена с минимальными потерями. Причем на дно пошла только флагманская яхта, так как пороховой запас на «Каролусе» был совсем незначителен. Правда, произошло все это на три года позже… Что же получается: данные страшные смерти – плата за спешку? История так подло мстит – за свое ускорение? «Параллельный мир» собирает свою дополнительную дань?
Как говорится: часдругой отдали скорби и печали, помянули павших братьев по оружию, пора приниматься и за дела важные, неотложные. Война на дворе, а эта строгая дама не терпит излишней сентиментальности и расслабленности…
Егор поднялся на ноги и, сильно размахнувшись, забросил в озерные темные воды недопитую бутылку с зубровкой, после чего подозвал к себе Тихона Тыртова – командира третьего батальона, вышедшего из этой баталии без ран и контузий, поинтересовался:
– Как там подполковник Сомов?
– Сестрички милосердные его уже перевязали, дали вволю хлебнуть кагора монастырского лечебного, настоянного на разных травах. Так что уснул наш Мишаня. Барышни уверяют, что он поправится непременно – недели через тричетыре.
– Ладно, тогда слушай мой приказ! – облегченно вздохнул Егор. – До полного выздоровления подполковника Сомова ты назначаешься командиром Екатерининского полка Преображенской дивизии!
– Слушаюсь, господин генералмайор! Оправдаю оказанное доверие…
– Не перебивай и слушай внимательно, охламон! Пусть пушкари выделят самую шуструю лошадку с умелым седоком, я сейчас письмо напишу гдовскому воеводе. Необходимо это послание ему доставить как можно быстрей. Девять шведских судов мы успешно захватили, а о корабельных командах и не подумали… Вот пусть воевода и пришлет сюда опытных моряков и рыбаков местных, способных ходить по водам на таких посудинах. Да и ты на каждый кораблик направь по пятку надежных солдат. На всякий случай. Далее, всем судам следовать в Псков – под команду шкипера Емельяна Тихого. Про то я пропишу отдельную бумагу… Теперь по Екатерининскому полку. Идете в Гдовгород, там отдыхаете дня дватри, потом двигаетесь на Псков, далее – на Москву. Все, на этот год для вас воинская кампания закончена: отдыхать, принимать пополнение, проводить маневры… Легких раненых и контуженых взять с собой, тяжелых оставить в Гдове, велеть тамошнему воеводе выделить потом подводы, чтобы доставить всех поправившихся и выздоровевших к полковому подмосковному лагерю. Плененных шведских матросов и офицеров сдать псковскому воеводе, пусть использует их на строительстве крепостных стен, рытье рвов. Ну, вроде бы у меня и все… Понял? Есть вопросы?
– Александр Данилович, а самито вы – куда? – чуть помявшись, спросил Тихон.
– Я к Нарве пойду – для начала, а там уже определюсь… Моито сотрудники живы? Все уцелели в этой схватке озерной?
– Один убит да другой – контужен сильно…
