Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
головой на свою тарелку, – разжились отличной, в меру жирной свининой… Но крестьян и прочих работных людишек убивать и брать в полон не стали. А зачем, собственно? Не сегодня, так завтра эти края станут нашими, надо же будет комуто пахать да сеять. Так только, разогнали всех по разным сторонам. Я солдатикам своим даже девок тамошних не велел трогать… Ага, значит, подступили к Нарве. Тутто и выяснилось, что не все гладко придумано тобой, господин генералмайор! Как бы это объяснить тебе – попроще? Состав горючий, коим метательные гранаты начинены, он и неплох совсем: жарок – при взрыве, пламя поднимается высоко. Только вот…
– Оказалось, что вести дельный пушечный огонь по Нарвской крепости можно только по ночам! – нетерпеливо прервал царь медлительного Шереметьева. – И то если ночь пасмурная да темная…
– Почему – только темными ночами? – не понял Егор.
Петр, довольно улыбаясь, заявил:
– Вот мы, охранитель, наконецто и поменялись с тобой местами! Обычно это ты мне чтонибудь излагаешь – с важным видом, а я ничего не могу понять до конца… Теперь вот твоя очередь пришла – дурачком с паперти церковной почувствовать себя! Что, так и не догадался, высокоумный ты наш?
– Нет, мин херц, ничего не получается! Растолкуй уж мне, глупому…
– Ладно, сэр Александэр, господин генералмайор, слушай! – смилостивился царь. – Все дело в том, что мы прихватили с собой только полевую артиллерию, как ты и советовал. Дальность стрельбы у легких гаубиц и мортир – совсем не та, не годится для осады крепостей серьезных… Теперьто понял?
– Понял, государь! – покаянно опустил вниз голову Егор. – Для того чтобы зажигательные гранаты перелетали через крепостные стены, надо полевые мортиры очень близко подтаскивать к этим самым стенам. А там их тут же накрывает меткий ответный огонь из крепостных пушек. Что, были большие потери?
– Да ну, Данилыч, не бери лишнего в голову! Самые обычные потери. Как на серьезной войне без них? – утешил его незлобивый Шереметьев. – С пяток мортир разбило шведскими ядрами, коней и людишек побило немного… Мы сразу все поняли и тут же поменяли тактику – на ночную. Хорошо, знаешь ли, получалось. Тишком – в полной темноте – подъехали, пальнули раз пятьшесть, отступили…
– Да, без осадных, дальнобойных орудий здесь не обойтись! – честно признал свою неправоту Егор. – Только для единорогов придется делать уже другие зажигательные гранаты, гораздо более тяжелые.
После очередной чарки Петр поведал и про причины отступления войск с противоположного берега Наровы:
– Побоялись мы с Борисом Петровичем попасть в «клещи»! С запада подходит корпус Шлиппенбаха, которому король Карл выделил дополнительные силы: теперь у генерала восемь тысяч гренадеров, две тысячи кавалерии, да полевая артиллерия – весьма неплоха. А с тыла могут ударить войска, расположенные в самой крепости. У нарвского коменданта – полковника Горна – еще под ружьем полторы тысячи солдат… Вот мы подумалиподумали, да и решили убраться – подобрупоздорову. В следующем году (а может, и через годдругой) подойдем уже в эти земли прибалтийские сразу тремя корпусами – по двенадцать – пятнадцать тысяч бойцов в каждом. Первый корпус будет вдумчиво разбираться с частями Шлиппенбаха, второй будет штурмовать Юрьевскую твердыню, а третий – Нарвскую…
«Ну надо же – какой потрясающий прогресс! – умилился (практически до слез!) сентиментальный внутренний голос. – Еще дватри года назад сама мысль об отходе – так и не вступив с противником в реальную схватку – даже на версту не приблизилась бы к царской голове… Растет (как государственный и политический деятель!) Петр Алексеевич, ох, растет!»
Петр принялся старательно набивать табаком свою курительную голландскую трубку, кивнув головой Шереметьеву – словно бы приглашая того присоединиться к беседе.
– На военном совете решили перейти Нарову и крепко оседлать восточный берег, – с видимым удовольствием продолжил Борис Петрович царский рассказ. – Мост, что соединял Нарву и Ивангород, мы уже разрушили. На специальных плотах спустили вниз по течению пару пушек, вытащили их на каменистую косу, что раскинулась перед самым мостом на берегу восточном, да и разнесли тот мост – на мелкие камушки… Сейчас у всех бродов через реку расставим артиллерию и солдатские стрелковые батальоны. Нельзя допустить, чтобы гренадеры Шлиппенбаха с ходу форсировали Нарову. А дня через тричетыре дожди начнутся сильные, вода, непременно, поднимется в реке…
– Юродивый предсказал или гадалка цыганская? – криво улыбнулся Егор.
– Не тот и не другая! – Шереметьев на шутку не откликнулся, оставаясь совершенно серьезным. – А поясница моя простуженная да колени подагрические… Так вот,
