Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
активно вокруг царя, глазки ему строил, – пробормотал себе под нос Егор, спрыгнул с коня и завертел во все стороны головой: – Солев! Быстро ко мне!
– Здесь я, Александр Данилович, здесь! – Иван торопливо вышел изза толстой сосны, чей ствол был изогнут и закручен самым невероятным образом. – По малой нужде отходил… Чего изволите?
Подойдя к Солеву вплотную, Егор негромко спросил:
– Этот Антон Девиер, он откуда взялся? Как ведет себя? Не замечено ли чего подозрительного?
– Никак нет! Ничего подозрительного не замечено, господин генералмайор…
– Да тише ты, – зашипел Егор. – Чего орешьто? Я же тебя спрашиваю пока, что называется, в частном и приватном порядке.
– Ничего подозрительного не замечено, Александр Данилович. Славный малый и верный товарищ. Уже прошел почти месяц, как его Петр Алексеевич назначил своим пажом, понашему – денщиком. В Москву сей юноша прибыл из Амстердама. Говорит, что в этом городе и познакомился с нашим государем. Два года назад, когда там гостило Великое Посольство. Порусски Антоха говорит неплохо… Полковник Волков его принял в нашу Службу охранную, занимается с ним лично – всяким разным, очень даже нахваливает.
– А этот юный голландец, случаем, не из этих будет… Которые сожительствуют с мужчинами?
– Никак нет, господин генералмайор! Только женщинами Антон интересуется – со всем усердием. Что, Александр Данилович, надо присмотреть за ним?
– Ладно, отдыхай пока! – облегченно вздохнув, велел Егор. – Если что, я отдельно распоряжусь…
«Вспомнил! – торжественно и пафосно объявил памятливый внутренний голос. – 2003 год, отмечался трехсотлетний юбилей СанктПетербурга, по телевизору показывали разные исторические передачи, приуроченные к этой славной и знаменательной дате. И вот в одной из них подробно рассказывали об основных этапах становления полицейской службы города. Так вот, первого санктпетербургского генералполицмейстера, начальника полицейского управления, как раз и звали – Антон Девиер! Ему потом еще и графское звание присвоили – за службу образцовую и безупречную… Угадай теперь, дружок, а кто его назначил в 1718 году на сию высокую и ответственную должность? Правильно, Александр Данилович Меньшиков, генералгубернатор тех мест! Так что, братец, знать, этот Девиер – малый действительно толковый. Абы кого не стал бы твой разумный и ушлый пращур продвигать по служебной лестнице. Присмотрись к этому юнцу, вдруг да пригодится…»
По приказу царя на просторной поляне, поросшей уже зацветающим вереском и окруженной с трех сторон высоким сосновым лесом, драгуны развели невысокий костер, прямо в пламени установили бронзовую треногуподставку, в верхний обруч которой вставили объемистый медный казан, наполненный водой из ближайшего звонкого ручья, впадающего в Балтийское море.
– Мин херц! – от души возмутился Егор. – Рано еще для обеда! Мы с полковником Волковым планировали отдохнуть здесь минут сорок – пятьдесят, напоить лошадей, промочить горло медовухой, закусить хлебом да ранней малиной (вон – целые заросли!), свинину холодную еще захватили с собой. А потом сделать еще один трехчасовой переход вдоль берега и там уже встать плотным лагерем…
– Пошел к чертям свинячьим, Алексашка! – невежливо ответил царь. – Жарко очень, купаться буду! Да и задница сильно болит. Хорошо, что только отбил ее, а ведь можно и стереть до крови… Что тогда будем делать?
Петр разделся догола и, в сопровождении трех голых драгун и трех таких же голых охранителей, среди которых был и Иван Солев, с удовольствием бросился в морские ласковые волны…
– Да, с такими темпами мы будем добираться до Назии до самого морковкина заговенья! – мрачно прокомментировал Егор.
– Как это – «до заговенья»? – не понял голландский парнишка Девиер.
– Так это! – передразнил Антона Егор. – Будто я Петра Алексеевича не знаю! Поплескаться в теплой водичке – его любимое времяпровождение, особенно когда это является поводом, чтобы избежать нелюбимого занятия… Если будут стоять такие шикарные и теплые погоды, то все: после каждой пройденной версты государь будет останавливать весь отряд и влезать в море – чтобы его избитый тощий зад мог принять целительные, чуть солоноватые ванны…
Волков, оторвавшись от своей подзорной трубы, подтвердил эти опасения:
– Плескается государь, смеется, ныряет и, судя по всему, не настроен выбираться на берег… Я вот что думаю, господа. Надо к Назии срочно отправить небольшой «летучий» отряд: человек пятьшесть, хорошо вооруженных, на шустрых лошадях. Пусть предупредят полковника Соколова, что намечается небольшая задержка. А то Андрюха – знаю я его – начнет нервничать, еще и дел всяких наворотит…
