Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
торчат из усатых пастей. Весит один такой морж – как пяток самых больших деревенских свиней. Они плавают по северным морям на больших цветных льдинах и только так спасаются от лютых и злых белых медведей…
– Как дядюто твоего зовут? – вежливо поинтересовался Егор. – И где это он моржей столько видел – «видимоневидимо»?
– Зовут его Ухов Николай Николаевич, он много лет назад уезжал искать тайные земли восточные. Вместе с Семеном Дежневым и Федотом Поповым, по Указу Алексея Михайловича, отца царя нашего. Дядя Николай мне много рассказывал о том своем путешествии: про моржей, белых медведей, других диковинных и лохматых зверей – размером с каменный дом. А дядя жив и здоров, у него маленькая деревушка под Можайском. Старенький он уже совсем, а все мечтает, что когданибудь снова отправится в те края…
Лодки пристали к низкому и болотистому берегу, члены отряда выбрались на пышный и мягкий мох и, выстроившись в цепочку, в полной темноте зашагали на северовосток, обходя стороной позиции шведских батальонов. Егор шел первым, выбирая направление так, чтобы ветер скользил по его правой щеке, стараясь двигаться совершенно бесшумно, что было совсем даже и непросто: иногда под ногами начинала предательски чавкать и хлюпать густая болотная грязь.
«Гдето совсем недалеко от этого места в двадцать первом веке будет находиться наземный вестибюль станции метро „Ладожская“! – не преминул отметить внутренний голос. – А если резко свернуть на север, то можно выйти на место, где некогда стоял дом, в котором ты провел (проведешь?) все свое детство и юность…»
Впереди звонко и приветливо зажурчала вода.
«Скорее всего, это речка Оккервиль! – по памяти предположил Егор. – Ладно, через эту водную преграду мы переберемся без всяких проблем. Но впередито у нас – Большая Охта – река достаточно серьезная, широкая и глубокая. Пересекать ее вплавь нельзя: намокнет оружие, патроны, гранаты… Надо будет поискать какуюнибудь надежную переправу. Да и обычная лодка сойдет».
Брод через Оккервиль нашелся почти сразу же: неожиданно в широкой прорехе облаков показался круглый желтый глаз луны, осветив широкий речной разлив, усеянный многочисленными крупными валунами, оставленными здесь Великим ледником – многие миллионы лет назад. Прыгая с камня на камень, все бойцы за пять – семь минут успешно перебрался на пологий северный берег.
– Туда! – скупо махнул Егор в сторону сферического холма, поросшего редким хвойным мелколесьем.
С холма открывался отменный вид: большинство шведских костров наблюдалось севернее Охты, образовав неправильную полуокружность, прижимающую Ниеншанц к Неве. Но одинокий костер виднелся и на востоке, на берегу крутой излучины Большой Охты, в двух верстах от приметного холма.
– Там чтото есть! – уверенно высказался Василий Волков, проследив за взглядом Егора. – Может быть, мост, а может, какието важные склады. Хотя какой смысл устраивать склады в этих гадких болотах?
– За мной! – скомандовал Егор и торопливо зашагал на восток.
«До зари остается всегото часа два с половиной! – напомнил осторожный и раздумчивый внутренний голос. – Надо бы, братец мой, поторопиться…»
Когда они вышли к самому краю молодой осиновой рощи, под правой ногой чтото громко и смачно хрустнуло, Егор торопливо нагнулся и подобрал с земли крепкую грибную шляпку.
– Осиновик, наверное, – шепотом предположил Ухов. – Июль выдался очень теплым и влажным, вот колосовики и поперли…
До яркого прибрежного костра, мерцавшего впереди загадочным светлячком, оставалось метров восемьдесят – девяносто.
– Дожидайтесь меня здесь и не шуметь! – строго велел Егор и попластунски осторожно пополз на светлооранжевый огонек пламени.
Через пятьшесть минут все стало окончательно ясно: это был ночной лагерь шведских артиллеристов, сплавляющих по Большой Охте крепкие плоты с закрепленными на них полевыми мортирами и деревянными ящиками, в которых, очевидно, находились картечные и зажигательные гранаты.
«Смотрика ты, вам опять везет! – искренне обрадовался внутренний голос. – Весенние воды Большой Охты подмыли корни у нескольких старых деревьев, те и упали в реку, надежно перегородив ее русло. Наверно, артиллеристы доплыли до этого затора уже под вечер и решили, что в темноте не стоит заниматься расчисткой русла, отложив эти непростые работы до утра… Да, семь мортир, это не шутки! Молодцы все же шведы, здорово придумали с плотами. Чем мучиться, перетаскивая это железо по топким болотам, строя надежные и крепкие гати, куда как проще – спустить орудия по спокойному и неторопливому течению реки. Только вот что же охрана такая несерьезная? Скорее всего, они просто были уверены, что
