Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
раны. Общайтесь с господами, общайтесь! Извините, что вынуждена заменить доктора Фуке, но у нас нынче – очень много раненых…
– Вот как! – стараясь, чтобы его голос был тих и спокоен, проговорил Егор и в упор уставился на Девиера: – Давай, царский паж Антон, излагай! Вопервых, как ты здесь оказался и почему шведы тут же не выслали к этому месту сторожевой отряд – надзирать за «Луизой»? Вовторых, откуда – много раненых? Что за стрельба утром была: и на реке, и вокруг Ниеншанца? Сестра Антонина с моей больной ногой минут десять провозится, поэтому отвечай спокойно, подробно и доходчиво.
Девиер еще раз показательно продемонстрировал свою полную невозмутимость: ни один мускул не дрогнул на его лице, водянистые глаза – во время доклада – оставались полностью безразличными, фразы были – как и всегда – короткими и рублеными:
– Здесь я – по поручению Петра Алексеевича. Государь очень беспокоится за вас, господин генералмайор. Мне велено встретить и помочь. Если будет такая потребность. Далее. Шведы выбиты со своих позиций и отошли на север. Теперь – про утренние баталии. Как только вы с отрядом отбыли, Петр Алексеевич сразу же разработал новую диспозицию боя. Вопервых, «Луизе» предписывалось: через пятнадцать минут после отплытия брандера также сняться с якоря. Благо ветер был как вы помните, южный. Как только мы в темноте тронулись на север, прогремел сильный взрыв. Брандер взорвался, находясь между двумя шведскими фрегатами. Оба тут же загорелись и вскоре пошли ко дну. «Луиза», пользуясь паникой шведов и тем, что речной фарватер был хорошо освещен, быстро спустилась по течению и развернулась правым бортом. Мы открыли прицельный огонь. Удалось очень сильно повредить и все другие корабли неприятеля. Еще один фрегат врага затонул на мелководье. Последний фрегат, сильно накренясь на левый борт, вслед за горящей бригантиной трусливо бежал к невскому устью. Через некоторое время после взрыва брандера, когда уже взошло солнце, открылись крепостные ворота. Александровский полк – силами двух батальонов – совершил вылазку. Шведские части к этому моменту уже были деморализованы. Очевидно, прошел слух, что уничтожены все их высшие офицеры. Но дрались они отчаянно. Только после жаркого полуторачасового боя удалось их рассеять. Противник, понеся огромные потери, спешно отошел на север. Полная виктория! Но… – Девиер неожиданно нахмурился и замолчал.
– Что – но? – рявкнул Егор и тут же зажмурился от сильной боли в ноге: видимо его громкий крик заставил дрогнуть нежные пальчики юной княжны. – Ничего, Антонина, – морщась, пробормотал он, – я сам виноват. Продолжайте, Антон.
– Первый батальон под командой подполковника Феодосия Бухвостова бросился преследовать отступающего неприятеля. Батальон попал в засаду. Оказывается, вблизи финской деревни – со сложным названием – располагался шведский резерв. Подполковник был убит, в жестокой схватке пала треть батальона. Тем не менее блокада Ниеншанца полностью ликвидирована. Теперь можно будет заняться батальонами Кронгиорта. Переправимся на тот берег и…
– Наши общие потери? – чуть слышно спросил Егор.
– Пока точно не посчитали. Но только убитыми будет – более трехсот человек…
Уже когда носилки были размещены в гребной шлюпке, Егор осторожно спросил у Девиера:
– А где подполковник Бровкин, наверное, отдыхает в крепости?
– Точно – к вечеру быть дождю! – сделал свой прогноз юный голландец, пристально оглядывая сиреневые облака, потом потупился и сообщил: – Алексей Иванович последним покинул брандер. Когда до шведских фрегатов оставалось всего ничего…
– Что, погиб?!
– Когда полковника подобрали на невской косе, то он еще дышал. Только большая щепа, вырванная из корабельного борта, торчала из его правой глазницы. На момент моего отбытия из крепости полковник был еще жив, хотя и очень плох.
– Вот и прогулялись – «на мягких лапах»… – пробормотал себе под нос Егор.
– Вы чтото сказали, Александр Данилович?
– Нет, ничего, Антошка. Вели – править к крепости…
Уже в первых числах сентября царь и его приближенные – в сопровождении бравых драгун генерала Аникиты Репнина – прибыли в древний Новгород. Шведские войска окончательно покинули негостеприимные для них острова невского устья, отойдя далеко на север. В крепости Ниеншанц на зимовку были определены два батальона Александровского полка (собственно, все офицеры и солдаты полка, вышедшие здоровыми и невредимыми из вражеской блокады) под началом полковника Андрея Соколова. Обозы с ранеными и контужеными
