Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
когда она была еще шведской. Весьма даже дельные показания… Думаю, что следует щедро наградить Прохора сего. А также использовать эти его знания и в дальнейшем, на службе государевой…
– Наградим, конечно! Как не наградить? И используем, обязательно! – покладисто пообещал Петр и продолжил: – Итак, господа Высокий совет, сей год наступивший, одна тысяча семисотый, должен стать для всех нас особым. Будем окончательно закрепляться на берегах невских да балтийских. Встанем на них стопой твердой! – вытащил из ножен, висевших на его левом боку, короткую шпагу, начал осторожно тыкать ее острием – на манер учебной указки – в разные точки на карте. – Четыре важных дела нам надо непременно свершить за этот «круглый» год. Первое: взять крепость Нотебург, самый восточный оплот шведский. Второе: обустроить крепости и форты новые: на Заячьем острове устья невского, на острове Котлин и на прилегающих к нему малых островках. Третье: на берегу Финского залива, южнее Котлина, надобно заложить большой и дельный городпорт, чтобы все товары, которые идут к Риге, Митаве и Нарве, там пристанище имели надежное. Чтобы потом в этот порт приходили даже большие корабли – с персидскими и китайскими товарами. Вот только сомневаюсь пока – как назвать сей город? Можно – «Питербурх», еще неплохо – «СанктПитербурх». Ладно, подумаем потом вместе, уже когда заложим… Вижу, некоторые из вас знатно удивлены? Да, сперва планировалось, что городпорт будет заложен на многочисленных островах дельты невской. Но после тщательного личного осмотра тех мест я твердо решил, что место это – малопригодно для удобного строительства городского: наводнения там бывают очень сильные, почва болотиста и неверна, большая нужда в мостах – рано или поздно – возникнет… Пусть уж на этих островах будут парки разбиты, обустроены охотничьи угодья. И вообще, раздарю я все эти острова своим подданным, особо отличившимся в северных баталиях! Господин генералмайор Меньшиков, сэр Александэр, жалую тебе остров Васильевский! А тебе, контрадмирал Бровкин, маркиз де Бровки, Фомин остров! – острием своей шпаги несильно ткнул в названные острова. – Владейте, соратники, заслужили! Обязываю вас, господа заслуженные, за пять лет – с сего дня – усердно обустроить набережные этих островов в камень и в дубовое дерево, выстроить там дворцы – приятные взору, парки разбить – с фонтанами, мраморными статуями, павлинами да цветниками… А если не исполните этого моего наказа, то и обратно все заберу! Ну, кто еще хочет дармовых островов? Не вижу желающих чтото, хахаха! – Через пятьшесть минут, вволю насмеявшись, царь продолжил – уже совершенно серьезно: – Четвертое же дело: велю наполнить Ладожское озеро и воды Невыреки дельными кораблями многопушечными, для чего надобно сперва заложить эти корабли на верфях Олонца и Старой Ладоги… Есть еще и малые дела. Например, надобно окончательно разобраться со шведскими батальонами генерала Кронгиорта, которые до сих пор рыщут южнее крепости Ниеншанц… Вот обо всем этом и будем говорить подробно, времени на то не жалея. Сколько людей надобно – воинских да работных? Что и куда предстоит завозить, в том числе припасов продовольственных, огненных, товаров строительных, плотницких? Кто из вас, уважаемый Совет, куда поедет? Кому, конкретно, мы доверим решать эти важнейшие и труднейшие задачи?
Высший Государственный совет длился – безо всяких перерывов и перекуров – полновесные десять часов. Было много длинных и пламенных монологов, жарких споров, доходящих до серьезных ссор и перепалок, грозящих перерасти в пошлые драки и в вызовы на благородные дуэли. Но царь – при помощи басистого и грозного рыка князякесаря – очень умело и искусно «дирижировал» всем процессом, не допуская никаких крайностей и вовремя переводя все споры в насквозь деловое русло.
Санька тоже активно участвовала в обсуждении многих вопросов, особенно настойчиво и заинтересованно она рассуждала о первых шагах – при закладке нового города, жарко споря даже с собственным отцом:
– Что же вы, папенька, Иван Артемыч, все мне толкуете о своих складах? Восемь огромных амбаров подайте вам – под пшеницу, ячмень и рожь, шесть – под бочки с солониной и водкой… Подождут ваши амбары, как миленькие! Первым делом надо строить просторные госпиталя, лазареты да нужники справные! Больных будет при этом строительстве – и не сосчитать… Знаю я вас, господа высокородные: о простых работных да воинских людях вы всегда думаете в самую последнюю очередь! Кормить будете абы как, с первых же дней начнутся немалые пищевые отравления. А еще всех солдат да людишек работных небось распихаете по парусиновым палаткам. Мол, время летнее, теплое… Ночи же в тех местах даже летом случаются прохладные. Жар у многих начнется,
