Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
Федору Голицыну и Исмаилоглы, срочно вызванным на совещание, – твой полк, Исмаил, поэскадронно встает на постой в деревеньках Конау, Первушкино и Обозовщина пустошь. Возьмешь из обозов свою часть продовольствия, пороха, пуль, водки – из расчета двухмесячных потребностей, ну и овес для лошадей, конечно же. Твоя единственная задача – усердно охранять невские берега с юга, чтобы подлый генерал Кронгиорт нас больше не беспокоил… Местных жителей не обижать, сена и продовольствия без денег не отнимать! Все понял?
– Все понял, батька генералгубернатор! Без денег – ничего не отнимать, от подлого Кронгиорта – оборонять…
– Теперь ты, Федя! – обратился Егор к Голицыну. – Один батальон с полевой артиллерией и сто мужиковстроителей перебросишь по льду на Фомин остров. Пушки перетаскивайте по льду на специальных дощатых щитах. Если не получится, то потом уже переправите, после окончания ледохода, на плотах да лодках… Пусть батальон встанет лагерем южнее деревушки Коргиссари и стережет северную оконечность Фомина острова. Вдруг швед опять подойдет со стороны реки Сестры и решит переправиться через Неву? Мужички же строительные пусть обустраивают Заячий остров. Там уже с самой осени людишки новгородского воеводы трудятся – возводят фундамент будущей крепости. А наши мужики пусть берега Заячьего острова поднимают усердно – на случай наводнения: бьют в речное дно сваи дубовые, высокие, между берегом и сваями старательно засыпают камень бутовый… Два другие батальона да четыреста плотников и землекопов – под твоей, Федор, командой – следуют на южный берег Финского залива, к месту закладки нового города – Питербурха. Делать там будете все, что вам велит голландский инженер Исаак Абрахам. У него имеются все планы предстоящих работ, карты разные. Да и сам он мужик опытный, знающий да разумный. Ну и все припасы между этими своими двумя командами подели почестному… А к концу мая и дивизии Репнина да Головина подойдут, тысяч десять – двенадцать новых мужиковстроителей прибудет. Ваша главная задача – подготовить все необходимое к их появлению. Создать действенную первичную инфраструктуру, научно выражаясь…
– Батька, а ты самто где будешь? – поинтересовался живой и непосредственный Исмаилоглы. – Это я к тому, чтобы знать, где искать тебя – ежели что…
– Прямо сейчас я – вместе со своей молодежью – перейду по льду через Неву, к крепости Ниеншанц, подробно пообщаюсь с генералмайором Андреем Соколовым… Ээ, полковники, не надо носы воротить на сторону, завидуя своему боевому товарищу! Бог даст, и вы у меня к осени выйдете в полновесные генералы, обещаю… Так вот, я с Андреем поговорю, осмотрюсь на месте, потом и к вам загляну, проверю – как дела идут. Да, Исмаилоглы, свои кареты – вместе с лошадьми – я оставлю на твое попечение, по такому раскисшему льду их на тот берег уже не переправить, да и незачем, честно говоря… А в июне уже начнется и штурм Нотебурга. Вы тоже, обещаю, поучаствуете в этом славном деле, когда на замену прибудут части Репнина да Головина.
Переход через заледеневшую Неву занял часа два с половиной: приходилось постоянно обходить стороной островерхие торосы и участки льда, выкрашенные в подозрительные серочерные тона. Шли с обычными мужицкими вещмешками за плечами, ощупывая лед впереди себя длинными осиновыми палками.
– Набрали чертте чего! – тихонько ворчал себе под нос Ванька Ухов, которому досталась самая тяжелая поклажа. – Зачем, спрашивается? Ведь в крепости наверняка еды разной и без того хватает…
С генералмайором Соколовым они встретились очень тепло: обнялись подружески, заглянули друг другу в глаза, обменялись понимающими улыбками.
– Что это, Андрюха, у тебя со взглядом? – обеспокоенно спросил Егор. – Расстроенный какойто, озабоченный. Да и лица солдат, что мы встретили у крепостных ворот, хмурые да бледные. Костры горят везде… Случилось что?
– Да, Александр Данилович, случилось! Болезнь странная и коварная объявилась в нашем полку. Уже больше сорока пяти человек лежат пластом… Доктор Фурье тогда, в начале осени, вместе с вами уехал, сестрички милосердные все отбыли вместе с ранеными. Оставили они нам всяких хитрых микстур и мазей, которые пользуют при ранениях и ушибах. Но не помогают все эти мази и микстуры: вчера умерло два солдата, сегодня сержант Нефедов скончался…
– Стоп! – прервал Егор. – Расскажика подробнее о болезни. Ну в чем она выражается, какие признаки, симптомы?
– Симптомы? Не знаю такого слова, – непонимающе помотал головой Соколов. – А болезнь, она так дает о себе знать: слабость наваливается страшная, ноги отказываются ходить, десны очень сильно опухают и чернеют, зубы расшатываются и начинают выпадать – один за другим. Местные чухонцы
