Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
на юг и заняться целенаправленным поиском батальонов этого упорного генерала Кронгиорта. Найти и уничтожить! Петровскому и Александровскому полкам, оставив в Ниеншанце по одной роте для охраны, следовать к крепости Нотебург, но только по северному берегу Невы, то есть по правому, если смотреть по течению реки… Мой замысел вам понятен? Скорее всего, будем штурмовать эту твердыню сразу с двух сторон. Разведчики сказывают, что северный берег невского истока шведами сильно укреплен, там даже возведены оборонительные шанцы. Необходимо быстро выбить оттуда неприятеля и занять его позиции. Ерунда, силами двух полков справитесь с легкостью… По дороге скупайте у местных рыбаков все лодки – без исключения, как выйдете к ладожским берегам, так сразу же начинайте мастерить надежные плоты. Регулярную связь постараемся поддерживать посредством гребных лодок и каторг, которые будут курсировать от одного берега Невы к другому и обратно…
В первых числах июня все войска соединились и организованно вышли на длинный и широкий береговой мыс – прямо напротив Нотебурга.
– Ух ты, красотищато какая, мать ее! – высказался, восторженно хлопая себя по ляжкам, Ванька Ухов. – Не крепостица – а картинка чудная!
Древняя крепость, сложенная из светлых северных валунов, была заложена – в незапамятные времена – на невеликом острове, расположенном посредине Невы, у самого ее озерного истока.
– Да, кораблям мимо этого Нотебурга не пройти безнаказанно! – уважительно прокомментировал увиденное Борис Петрович Шереметьев. – Вмиг крепостная артиллерия разнесет их в мелкие щепки… Стеныто – как высоки и неприступны! Да, здесь придется повозиться знатно. Людей положим – без счета. Недаром эту твердыню раньше именовали Орешком. Как бы нам зубов не обломать своих – об орех сей…
– Прекратить нытье! – слегка повысил голос Егор. – Рыть на мысу апроши и редуты для пушечных батарей – со всем прилежанием! Велено Петром Алексеевичем взять этот Нотебург штурмом, знать, и будем штурмовать, живота своего не жалея…
«Ну и напрасно! – не удержался от ехидной реплики внутренний голос. – Устроить плотную блокаду – с суши и озера, так крепость месяца через четыре и сама сдалась бы… С другой стороны, если к октябрю не взять этого Нотебурга, то можно и генералгубернаторского звания запросто лишиться. Да и о княжеском титуле придется забыть надолго. Санька сильно расстроится, обидится, неделюдругую будет дуться и на поцелуи отвечать с прохладцей, без привычного жара… Не, братец мой, без решительного штурма здесь никак не обойтись!»
Тем не менее он приказал:
– Ухов! Перо, бумагу и чернила, быстро! Да, Ванюша, готовься: через десять минут повезешь на гребной шлюпке коменданту Нотебурга письмо от меня. Предложим шведам сдаться. Вдруг да и удастся – избежать кровопролития. Ты, дружок, белой простынкой разживись у сестер милосердных, привяжи ее на длинную палку, чтобы крепостные гренадеры не пристрелили случайно…
Часа через два Ухов вернулся и известил:
– Они думать будут! Сказали, что ответят на рассвете, мол, мы сами все поймем.
Весь день и вечер батальоны Шереметьева – без всяких помех – активно занимались земляными работами, шведские же пушки молчали, и даже на крепостных стенах не видно было бдительных часовых.
На рассвете над тремя башнями Нотебурга были подняты королевские шведские знамена, крепостная артиллерия тут же начала методично и размеренно обстреливать мыс, где продолжали старательно копошиться в земле русские солдаты.
– Понятное дело: сдаваться не собираются! – грустно вздохнул Борис Шереметьев.
– А пушки шведские скоро перестанут палить! – уверенно предрек Апраксин. – Картечьто до мыса не долетает, а чугунными ядрами лупить по разрозненной пехоте – дело зряшное и бесполезное…
С севера раздалась далекая и раскатистая канонада.
– Это господа Голицын с Соколовым шведам выдают по первое число! – радостно объявил Ванька Ухов, после чего тут же замолчал и стушевался – под сердитыми и гневными взглядами генералов.
– Балуешь ты, Александр Данилович, своих подчиненных! – неодобрительно покачал головой Шереметьев. – Воли себе взяли – рот открывать без приказа… У меня в корпусе за это с утра батогами потчуют, а по вечерам – добавляют…
Северная канонада продолжалась часа четыре с половиной, после чего над Ладогой установилась относительная тишина, изредка прерываемая редкими выстрелами шведских крепостных пушек. Еще минут через сорок над противоположным берегом невского устья взвились цветные ракеты китайских «потешных огней».
– Это генералмайор Соколов подает условный сигнал, что они полностью выбили неприятеля с северных территорий, –
