Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
юная – лет пятнадцатишестнадцати, не более, была просто красавицей: высокая, невероятно стройная, с правильными чертами лица, обрамленного длинными платиновыми локонами. Но красота этой девушки была какойто чрезмерно правильной, какойто избыточно строгой и холодной.
«Веселая толстушкапышка и натуральная Снежная Королева! – улыбчиво прокомментировал внутренний голос. – Ты, братец, как хочешь, но мне эта полненькая больше по душе! Не нравятся мне холоднокровные и равнодушные особы…»
– Сэр Александэр, сколько лет сколько зим! – громко завопил Лаудруп, широко разводя в стороны свои длиннющие руки. – А ведь ты не забыл скромного шкипера «Короля»! Мой подарок – серьгу заветную – до сих пор носишь в ухе…
Выпустив Егора из своих крепких объятий, датчанин торжественно представил своих спутниц по морскому путешествию:
– Вот эта неземная красавица – моя жена Гертруда, образец разумности и невероятной серьезности! – При этих словах толстушка громко прыснула и смущенно спрятала свое покрасневшее личико в пышные кружева широкого рукава платья, а Лаудруп, даже не моргнув глазом, продолжил: – Ты, сэр Александэр, можешь называть ее Гердой. А эта, на мой взгляд, чрезмерно худющая девица является младшей сестренкой моей добродетельной супруги. Зовут эту высокомерную особу Матильдой, для своих – Матти… Не понимаю почему, но все мужчины, поголовно, считают сию девицу небесной красавицей и ужасно теряются в ее присутствии. Например, вчера после обеда, через три с половиной часа после того, как «Король» надежно забрал якорями местный грунт, к нам с визитом вежливости пожаловали два русских генерала с очень смешными именами. Один назвался Аникитой, а другой – Автономом. Солидные такие генералы, матерые, а в присутствии нашей худосочной Матильды начинали густо краснеть и заикаться сильно. Чудеса, да и только! Вот, смотрю, уважаемый сэр Александэр, и один из твоих юных друзей уже сражен в самое сердце меткой стрелой купидоновой…
Егор обернулся: Ванька Ухов («Может, стоит его наградить давно заслуженным прозвищем – „Теркин“?» – въедливо поинтересовался внутренний голос) был откровенно спокоен и благодушен, а вот Фролка Иванов… Краснел, бледнел и усиленно пялился в сторону, где, среди низеньких свинцовых волн, черные балтийские тюлени увлеченно играли с пустым бочонком изпод дешевого португальского портвейна.
– Судя по всему, ты, поручик Фрол Иванов, владеешь речью английской? – удивленно спросил Егор.
– Владею, Александр Данилович! – честно признался Фрол. – Мы с Яковом Брюсом, моим прошлым господином, вместе занимались этим языком. У меня даже лучше получалось. Так учитель говорил иноземный, а господин Брюс – сильно гневаться изволили, даже заехали мне в ухо нешутейно…
– А где же, уважаемый капитан, твой сынок? Сколько ему сейчас лет? – вопросительно огляделся по сторонам Егор.
– Уже девять лет исполнилось нашему Томасу! – опередив мужа, с гордостью сообщила полненькая Гертруда. – Очень живой и непосредственный мальчик! Даже иногда чересчур… На берег он уплыл, вместе с генералом Репниным. На лошадях покататься, пострелять из пушек…
По приказу Лаудрупа на палубе – под центральной мачтой – был установлен походный раздвижной столик, сервированный на пять персон: Фролка Иванов, как человек образованный и англоговорящий, также удостоился любезного приглашения от мадам Гертруды – принять участие в скромной общей трапезе. Сержант же Ухов, вздохнув печально и обреченно, отправился на обзорную прогулку по кораблю.
Осушив высокий бокал («За долгожданную встречу!») с неплохим токайским вином, Егор сразу же перешел к делу:
– Насколько я понимаю, шкипер, ты прибыл сюда не ради праздного и познавательного путешествия? Надумалтаки поступить на службу к русскому царю?
Лаудруп только улыбнулся и коротко кивнул головой, а его полненькая половинка зачастила бойко и уверенно:
– Да, сэр Александэр, мы – надумали! О щедрости русского государя ходят настоящие легенды. В Европе всем известно, что вицеадмирал Корнелий Крейс получает в год до восьми тысяч рублей русских. Людвиг! («Ого, оказывается, Лаудрупа зовут Людвигом!» – удивленно отметил внутренний голос.) Сколько это будет – в голландских гульденах? Ладно, не напрягайся. Я и так знаю, что очень даже много. Нет, мы, конечно же, понимаем, что пока еще рано думать об адмиральском звании… Но о пятишести тысячах рублей в год – почему бы и нет? Достойная плата… Да, еще было бы совсем даже неплохо – для Матти найти достойного жениха: богатого, желательно княжеских благородных корней. Наши претензии, случайно, не очень чрезмерны? – Она наивно и чуть обеспокоенно посмотрела на Егора.
– Что вы, мадам
