Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
сломалось при соприкосновении с полом таверны.
Отступая назад, Егор неожиданно почувствовал, как его правого плеча коснулось чтото острое и холодное.
«Это же меч рыцаряистукана!», – обрадовался внутренний голос. – «Ты же братец, если мне память не изменяет, брал когдато уроки по искусству схватки на японских мечах? Ну, тогда, в 2006ом году, изнывая от скуки, в заброшенном военном городке – на границе Ливии и Алжира. Покажика класс!»…
Егор и показал, крепко обхватив рукоятку тяжёлого меча ладонями обеих рук. Коротенькиекоротенькие, семенящие шаги вперёд, отвлекающий укол, второй, резкий ударвыпад, нацеленный в горло врага, фонтан алой крови…
Перед его глазами непрерывно мелькали шпаги, ножи, кулаки, летали – во все стороны – дубовые табуретки, сталь звенела о сталь. Ванька Ухов, издавая утробные вопли, от души раздавал «шляпам» маваши
. «Платки», после недолгого раздумья, тоже вмешались в общую потасовку…
Неожиданно раздалось громкое шипение, откудато сверху на пол – прямо напротив барной стойки – упал длинный серебристый цилиндрик, как бешенный завертелся на одном месте, разбрасывая вокруг клубы светложёлтого, неприятно пахнущего дыма.
– На выход! Все – на выход! – что было мочи, прокричал порусски Егор и рванулся к двери, прикрывая нос рукавов камзола.
– Раз, два, три, четыре! – невозмутимо пересчитал их здоровяк Скрудж, после чего захлопнул дверь, несколько раз повернул в замке массивный бронзовый ключ и посоветовал: – Всё, орлы, бегите к контрабандистской тропе. Туда и Датский Кок подойдёт. И это… Срочно убирайтесь из Плимута – подобрупоздорову! И больше никогда не возвращайтесь сюда…
На контрабандистскую тропу они выскочили почти одновременно с Лаудрупом, только с разных сторон.
– Всё, дела закончены… Отдыхаем, господа, тричетыре минуты, потом бежим к морю и срочно выплываем, – тяжело выдохнул датчанин, в руках которого покачивался масляный светильник под стеклянным колпаком. – Скоро вановцы – во главе с самим Чарльзом Ваном – вырвутся из трактира и устремятся за нами в погоню… Их здесь много. Ещё шестьсемь десятков, если не больше, разбросаны по местным публичным домам и прочим злачным заведениям. Главное, что карта Магелланова пролива у меня… Что у нас с ранеными?
В неярком свете фонаря выяснилось, что ранены все, кроме самого Лаудрупа, который не принимал непосредственного участия в схватке (не считая двух противников, сброшенных им с лестницы), и, похоже, по этому поводу немного комплексовал.
У Егора было проколото шпагой правое плечом, но несильно, кость, к счастью, не была задета. Фролка Иванов неуклюже прихрамывал – маховый удар длинным ножом крайне неприятно располосовал его левое бедро, да и из разбитого носа, к которому крепко приложился вражеский бронзовый кастет, весело капала кровавая юшка. А у Солева на затылке значимо надувалась здоровенная шишка – от удара тяжёлым дубовым табуретом. Бедный Илья слегка пошатывался, наконец, не выдержав, отошёл на несколько шагов в сторону, неловко опустился на колени и, громко борясь со спазмами, полностью очистил желудок от неказистой трактирной пищи.
Но больше всех – как и всегда – досталось Ухову: чейто острый и злой клинок безжалостно отсёк ему левое ухо, кровь струилась по Ванькиному плечу и груди маленьким, но достаточно бойким ручейком.
– Ну, надо же случиться такому! – искренне возмущался Иван, зажимая рану куском белой ткани, оторванной от собственной рубахи. – Теперь придётся менять фамилию. Был, понимаешь, Ухов, теперь стал – Безухов…
Недовольно поморщившись, Егор скомандовал:
– Даю десять минут на перевязку ран! Иначе – по дороге – можно и кровью истечь… Сбросили, братцы, камзолы, рвём нательные рубахи на бинты! Людвиг помогай и не спорь! Потом камзолы не забудьте прихватить с собой, чтобы не оставлять лишних следов.
Эта задержка чуть не оказалась роковой. Когда они уже подбегали к пролому в крепостной стене, сзади послышались далёкие звуки азартной погони – людские неясные вопли и крики, глухой собачий лай, угрожающе прогремел пистолетный выстрел.
– Всем следовать к берегу! – строго велел Егор. – А я приведу взрывчатку в действие. Да, помогите там нашему старенькому генералу выбраться из чрева плакучей ивы. Его же ручные гранаты пусть останутся в дупле…
Он бежал в колонне замыкающим, держа в левой руке масляный светильник, достигнув пролома, остановился, в неровном свете фонаря разглядел две ручные гранаты, заранее закреплённые в камнях
