Двойник Светлейшего. Гексалогия

раз попробуй, братец, не сдавайся сразу!», – посоветовал упрямый внутренний голос. – «Зайдика с другой стороны…».
Егор, дождавшись, когда с кофе и ликёрами будет покончено, взял в руки гитару и, предварительно попросив тишины, торжественно объявил:
– Господа, позвольте мне спеть одну песенку, что называется, по теме. Она на русском языке, но, думаю, что все поймут – о чём она. А Енсену, – подмигнул помощнику капитана, – потом ктонибудь обязательно переведёт. Итак, господа и дамы, «Песенка корабельного кока»!
О том, что эта песня пришла сюда прямо из далёкого двадцать первого века он, понятное дело, говорить не стал, просто взял несколько нехитрых гитарных аккордов и спел:

Вечер. Очень тёплый. Звёзднохмурый.
Шепчет мне – о всяких разных странах…
Над седой волною – чайкидуры,
Всё меня ругают – неустанно…
Сороковник, мол, не за горами,
А чего ты видел – в этом мире?
Всё бумагу пачкаешь – словами,
Пьянствуешьживёшь в своей квартире…
И о том, что не сложилось – вовсе,
Всё жалеешь, на исходе лета…
Раз в неделю – тупо – ходишь в гости,
В преферанс играешь – до рассвета…
А ведь там – мы то видали сами –
Острова тропические дремлют.
Корабли – под всеми – парусами,
К ним несутся, скуки не приемля…
Звон железа, тонкий визг картечи,
Абордаж, добыча, раны, слава…
Ты наплюй – на этот тёплый вечер,
И беги отсюда – неустанно…
И девчонки тонкие – печально,
Жадными глазами – к горизонту…
О любви грустят – необычайно,
Ждут своих героев – ночью чёрной…
И ответил я – уговорили!
Почему бы нет? Мне камни в печень!
Подошёл к ближайшей бригантине,
Вышел капитан седой навстречу…
Не нужны – случайно вам – матросы?
Нужен кок? Да я готов – и коком…
Завтра уплываем? Без вопросов.
Я готов порвать – свой тесный кокон…
Лишь бы – острова, а там – девчонки,
Лишь бы каждый день – как будто новый…
И глаза – стреляют изпод чёлки,
Над дверями камбуза – подкова…
Капитан, а может быть – сегодня?
Якорный канат? Да я – зубами…
Лишь бы побыстрей! Убрали сходни.
И вперёд – под всеми парусами…
И печаль уже – как льдинка – тает.
Дремлет океан – ночной, глубокий…
И по курсу прямо вырастает
Южный Крест – обманчиводалёкий…
И по курсу прямо – вырастает
Южный Крест – обманчиводалёкий…

Санька, чуть поахав, искренне удивилась:
– Саша, а я и не знала, что ты так хорошо умеешь петь песни! Восемь с половиной лет прожили с тобой, а я и не знала…
Гертруда только громко и непонятно вздохнула, смущённо отводя глаза в сторону. А Ванька УховБезухов – с головой, тщательно забинтованной широкими полосами белой льняной ткани – восхищённо постучал ладонями по коленям и заявил:
– Ну, Александр Данилыч, ты даёшь! Такое завернул – про абордаж и печальных девчонок! Про Южный Крест… Прямо, про нас!
Людвиг Лаудруп, улыбнувшись насквозь понимающе, возразил:
– Нет, Ваня, ты неправ! Про меня эта песенка. Только – про меня. Правда, лет мне тогда было совсем даже и не сорок,