Двойник Светлейшего. Гексалогия

в Плимуте бедре, сиганул за борт. Или подзорная труба у него оказалась мощнее, или просто «Орёл» находился ближе всех к горящему корвету, только Илья чётко рассмотрел, что девчонка эта – очень, уж, необычная и красивая… Вот, он – сломя голову – и бросился в воду. Да и шлюпка орловская подошла раньше нашей… Короче говоря, узкоглазую симпатяшку Солев себе забрал, в смысле, на «Орёл». А барышня спасённая – вся такая пикантная из себя: глаза миндалевидные и влажные, испуганные такие, лицо белоебелое, как будто специально намазанное белилами, губы яркоалые, словно бы испачканные в крови, маленький носик с чуть заметной горбинкой…
Видимо, поняв, что Ванька готов ещё битый час рассказывать о прекрасной незнакомке, а Егор и не собирается его останавливать, Гертруда сочла за благо вмешаться. Она, привлекая к себе общее внимание, громко постучала серебряной ложкой по пустой фарфоровой тарелке и начала задавать вопросы строго по делу:
– Извините, мой милый Безухов, но нельзя ли немного повременить с этими лирическими отступлениями? Как называется горящее судно? Куда оно шло и откуда? Какой национальности? Как зовут эту девицу – с миндалевидными и влажными глазами? Почему она одна осталась в живых? Что случилось с остальной командой? Куда ушли флибустьеры? Сколько всего было пиратских кораблей? Как они назывались?
– Сколько вопросов сразу! – притворно удивился Ухов и тут же погрустнел. – Извините, мадам Герда, но не смогу удовлетворить вашего любопытства. Дело в том, что эта симпатичная и милая девушка говорит лишь на мелодичном языке, который никто из нас так и не смог понять. Ни единого слова! Совместными усилиями удалось только выяснить, что её зовут – Наоми. Правда, ведь, очень необычное и звучное имя?
«Наоми?», – тут же оживился внутренний голос. – «Неужели – японка? И имя, и общее описание внешности соответствуют. Ещё бы узнать, во что…».
– А во что она была одета? – словно бы прочитав мысли Егора, спросила Сашенция.
– Ну, это не объяснить двумя словами! – снова расплылся УховБезухов в дурацкой улыбке. – Очень длинный халат, но без всяких пуговиц, имеется только широкий пояс. Какого халат цвета? Тёмнолиловый, весь расшитый разноцветными и пышными цветами, а на спине выткан сердитый золотой Змей Горыныч. Или же дракон, как этих зверей называл Яков Брюс, ныне покойный… Причёска – необычная и высокая, собранна вокруг головы при помощи многочисленных костяных гребней. Шея – очень длинная, стройная и тонкая. А глаза – такие чудесные, что простыми словами и не описать… Солев однозначно и надолго запал на эту Наоми. Такими сердитыми глазами смотрел на меня! Это – чтото… Я уже подумал, что не избежать дуэли…
Ещё через час вернулась и вторая шлюпка. Поднявшийся на борт «Короля» хмурый Лаудруп при женщинах был скуп на слова, сообщив только следующее:
– Кораблю уже ничем не помочь, течь в бортах сильная, скоро затонет. Не сейчас, так во время первого же шторма. Да и пожар ещё продолжается, выгорело всё, что могло выгореть… Откуда идёт это судно и где оно построено – определить не удалось. Одно только могу сказать точно – судя по ракушкам, щедро облепившим борта и дно этого «Странника», он последние дватри года безвылазно провёл в тёплых тропических морях.
Гертруда, словно бы чтото усиленно вспоминая, наморщила белоснежный лоб и задумчиво забормотала:
– Странник, странник… Чтото очень знакомое. Кажется, так назывался один шотландский корвет, с которым была связана какаято давняя и весьма романтическая история. Нет, не могу вспомнить…
– Енсен, поднять сигнал: – «Всем следовать за мной!», – велел Лаудруп. – Идём на португальский порт Синиш. По такому слабому ветру нам не попасть в ЛаКорунью, около мыса Финистерре очень сильное встречное течение. Кстати, в Португалии и товары все намного дешевле, чем в гордом Испанском королевстве. Заодно, и денег сэкономим…
После этого датчанин незаметно отозвал Егора в сторону и рассказал, болезненно и брезгливо морщась:
– Очень похоже, что это были пираты из эскадры всё того же Эдварда Теча – Чёрной Бороды. Больно, уж, зверствовали, злодеи кровожадные. Не просто убивали, так ещё – перед смертью – всех пытали, кожу сдирали с живых… Это я про мужчин. А на борту находилось ещё и полтора десятка женщин. Что сделали с ними, я даже рассказывать не буду, сам, сэр Александэр, догадаешься… Эта японская Наоми, что осталась в живых? Да, просто всё, наверняка, спряталась в трюме, в какомнибудь тайном и укромном месте, где и пересидела весь этот кошмар. Повезло девчонке… Тут другое непонятно… Почему пираты убили всех других женщин, а не взяли их с собой? Такой товар, даже уже и многократно пользованный, очень ценится на алжирских и марокканских невольничьих